Майк Шеферд. Мятежница

Глава 1

— Там, внизу, маленький, испуганный ребенок.

Баритон капитана Торпа отразился от жестких металлических стен десантного отсека «Тайфуна». Десантники, за минуту до этого проверяющие боевые скафандры и оружие, готовясь к спасательной операции, ловили каждое его слово.

Энсин Крис Лонгнайф разделила внимание: часть изучала влияние слов капитана на мужчин и женщин, которых она скоро поведет за собой. За свою короткую, двадцатидвухлетнюю жизнь, она слышала много причудливых речей. Другая часть сознания слушала слова командира и чувствовала, как они накатывают на нее, проникают внутрь. Проникают так глубоко, что волосы на загривке встают дыбом, появляется неистребимое желание разорвать ублюдков на мелкие кусочки.

— Гражданские уже пытались вызволить ее. — Крис отметила паузу подлиннее. После нее голос капитана стал более мрачным: — У них не получилось. Сейчас же они позвали своих псов.

Десантники рядом с Крис в ответ на слова капитана зарычали. Она работала с ними всего четыре дня. Получив приказ, «Тайфун» должен был отправиться выполнять задание через два часа. Капитан Торп собрал в космодоке лишь небольшую часть экипажа. Лейтенанта, который должен командовать высадкой, найти не удалось.

И вот энсин-новичок по фамилии Лонгнайф окружена десантниками, отслужившими в Корпусе от трех до двенадцати лет, дрожащими от нетерпения сделать что-то конкретное и опасное.

— Вы учились. Вы старались. — Слова капитана били стаккато не хуже пулемета. — Вы готовились к этому с первого дня, как вступили в Корпус. Вы можете освободить похищенную девочку с закрытыми глазами. — В тусклом свете десантного отсека его взгляд светился внутренним огнем.

Его ладони сжались в кулаки. Крис скосила взгляд — ее ладони тоже сжались. Да, бойцы готовы, все, кроме одного новичка-энсина. Крис молча помолилась: Боже, не дай мне все испортить.

— Бойцы, через пару минут начнется высадка. Я хочу, чтобы вы надрали подонкам задницы и вернули маленькую девочку обратно в материнские объятья, где ей и место.

— Ур-ра! — вырвалось из глоток двенадцати рвущихся в бой мужчин и женщин, не успел капитан развернуться и, не спеша, отправиться к выходу.

Вообще-то, из одиннадцати рвущихся в бой пехотинцев и одного испуганного энсина. Крис постаралась придать голосу ту же гневную уверенность, что слышала от остальных. Здесь нет спокойных, прохладных политических отцовских речей. Вот поэтому Крис и ушла в Космофлот. Здесь есть что-то настоящее, что-то, что она может взять в руки и сделать сама. Хватит бесконечных разговоров и ничего не делания. Крис усмехнулась: Если бы ты сейчас меня видел, папа. Мама, ты говорила, что Космофлот — бесполезная трата времени. Только не сегодня!

Как только взвод вернулся к подготовке, Крис глубоко вдохнула. Запах брони, боеприпасов, масла и настоящего человеческого пота заставили ее вернуться в реальность. Это ее миссия, ее команда. Она увидит, как одна маленькая девочка вернется домой в целости и сохранности. Этот ребенок будет жить.

Крис отогнала внезапно нахлынувшие воспоминания о другом ребенке. Туда дороги ей не должно быть.

Вдруг, не дойдя до выхода, капитан Торп развернулся и быстро подошел к Крис, наклонился, приблизив лицо почти вплотную к ней.

— Сохраняй голову, энсин, — шепотом прорычал он. — Доверься интуиции. Доверься взводу и сержанту. Они хорошие солдаты. Коммодор считает, что у тебя есть все, что нужно, даже если ты из тех самых Лонгнайф. Покажи мне, на что способна. Захвати ублюдков. Хотя, если ты так же пуста, как твой старик, пусть сержант узнает об этом прежде, чем ты струсишь. Он закончит миссию. А я отвезу тебя прямиком к мамочке как раз к очередному балу дебютанток.

Крис смотрела на него с застывшим лицом и скрутившимися в пульсирующий узел внутренностями. Капитан доставал ее с первой же минуты, как та ступила на борт, никогда не радовался и всегда подначивал ее всякими гадостями. Ну, она ему еще покажет, чего стоит.

— Да, сэр! — крикнула Крис прямо в лицо шкипера.

Бойцы вокруг ощерились, пытаясь угадать, какие именно слова выбрал капитан для новичка энсина. Капитан усмехнулся. Угрюмость, усмешка или рычание, вот все, что Крис когда-либо видела на его лице с момента появления на борту. И неужели сейчас на этом лице появилась какая-то новая эмоция? Капитан отвернулся прежде, чем Крис успела что-то рассмотреть.

Не ее вина, что отец последние восемь лет подписывает законы Вардхейвена. И она не имеет ничего общего с прадедами, чьи фамилии прописались на страницах исторических учебников. Пусть бы капитан сам попытался вырасти в тени таких людей. Он, так же, как и Крис, отчаянно пытался бы найти свое имя, найти свое место. Это, пожалуй, главная причина из множества, почему Крис пошла в Космофлот.

Крис вздрогнула, пытаясь избавиться от страха неудачи. Отвернувшись к шкафчику, она занялась регулированием табельного боевого скафандра третьего размера, чтобы тот соответствовал нужным параметрам. Шесть футов, малогабаритный, соответствует требованиям. Раньше, до Космофлота, Крис никогда не надевала платья, если оно не оставляло места для персонального мини-компьютера. Свободные одежды в плечах и рукавах. Но боевой скафандр сделан из полужесткой пласт-стали в сантиметр толщиной. Нелли, стоимостью раз в пятьдесят дороже всех компьютеров «Тайфуна» разом, по своим возможностям превосходящая их примерно на столько же, в таких доспехах становилась настоящей проблемой.

Космический пехотинец не должен быть толстым и должен быть среднего роста, на теле не должно быть ничего лишнего. Крис попыталась протиснуть основной блок компьютера под грудь. У большинства космопехов накаченные грудные клетки выпирают сильнее. Справившись с компьютером, Крис подвигала плечами, покрутилась из стороны в сторону, нагнулась, выпрямилась. Да, все отлично, двигаться не мешает. Потом надела шлем, повернула до четкого щелчка, опустила лицевую панель. Скафандр казался теплым, но он и раньше был таким.

 

— Крисси, можно мне мороженого? — льстиво попросил Эдди.

Это был жаркий весенний день на Вардхейвене и они бежали по парку, оставив Нанну далеко позади.

Крис пошарила в кармашке. В роли старшей сестры ей необходимо планировать все наперед, так настаивает папа. Когда она была помоложе, так делал Хонови, старший брат. Монет в кармашке хватало на целых два мороженных.

— Давай потом, — ответила Крис. — Пошли лучше посмотрим на уток.

— Но я хочу сейчас! — завопил Эдди во всю мощь шестилетнего мальчугана.

— Побежали, Нанна уже почти нас догнала. Кто первый добежит до пруда с утками?

Эдди рванул вперед, не успела Крис договорить. Конечно же, она обогнала его, потому что десятилетняя старшая сестра должна обогнать шестилетнего младшего брата.

— Смотри, лебеди вернулись. — Крис показала на четырех огромных птиц.

Они пошли по берегу пруда, остановились недалеко от старика, каждый день подкармливающего птиц. Крис не подпускала Эдди близко к воде. Наверное, работу сделала хорошо, потому что когда Нанна, наконец, догнала их, не стала читать лекцию, насколько пруд глубокий.

— Я хочу мороженое, — снова, с целеустремленностью своих лет, потребовал Эдди.

— У меня нет денег, — ответила Нанна.

— У меня есть, — гордо доложила Крис.

Она планировала наперед. Как говорит папа: так делают все умные люди.

— Тогда ты и отправишься за ним, — проворчала Нанна.

Крис рванула за мороженным, не подозревая, что больше никогда не увидит ни брата, ни Нанну. Тогда она даже не оглянулась.

 

По плечу похлопали. Крис вздрогнула, развернулась и, подняв лицевую панель, тут же напоролась на вопрос:

— Помощь нужна, Шпилька?

В десантном отсеке было многолюдно и шумно, так что никто не заметил, как вздрогнула Крис.

— Ни в коем случае, Черпало, — с вызовом ухмыльнулась в ответ Крис.

Энсин Томми Ли Чин Лянь родился в семье шахтеров пояса астероидов Санта-Марии. Вместо того чтобы продолжить семейное дело в изолированном мирке, он сбежал в Космофлот, решив поглазеть на галактику, чем значительно разочаровал предков и приятелей.

В офицерской школе Крис и Томми часами рассказывали друг другу истории о том, как их прессовали родители, сопротивляясь выбору жизненного пути. Крис даже удивилась, как быстро они стали друзьями, такие разные: она — из высшего общества Вардхейвена, он — представитель сумасшедшей смеси ирландской и китайской кровей, составляющих основную массу рабочего класса Санта-Марии.

Томми повертел перед Крис универсальным тестером. Выросший на астероиде, он не до конца доверял силе тяжести и открытой атмосфере. Он считал людей, выросших на поверхностях планет, безудержными оптимистами, слишком доверяющими открытому пространству.

Крис подняла левую руку, и Томми тут же подключил тестер в разъем боевого скафандра. Пока шла проверка, Крис поручила Нелли подключиться через тестерный интерфейс к корабельной сети. С программным обеспечением персонального компьютера помогла тетушка Тру. Сейчас она на пенсии, а когда-то служила шефом отдела информационной пропаганды Вардхейвена. Кстати сказать, она помогала Крис не только с компьютером, но и частенько с выполнением домашних заданий по математике.

Нелли загрузила на хэндз-апп задание миссии, предназначенное новичку-энсину и… шкиперу лучше не знать, что у Крис образовался доступ к некоторым другим данным.

К моменту, когда Томми отсоединил тестер от скафандра, Нелли успела перекачать нужные данные. Крис подняла лицевую панель.

— Камуфляжная корректировка на пять наносекунд ниже оптимальной, но соответствует стандартной, — проворчал Томми. Флот редко удовлетворял его ожидания совершенства. — И система охлаждения на границе зеленой зоны.

— Я больше беспокоюсь о нагреве. Мы же отправляемся в арктическую тундру, разве не слышал? — усмехнулась Крис.

Томми не среагировал на подначку, произнесенную, к тому же, санта-марианским акцентом.

— Где-то затесалась бракованная прокладка, — сказал он.

Так всегда: хоть в одном скафандре, но обнаружится небольшая протечка, зато в каждом найдется бракованная прокладка. Среди космических пехотинцев даже ходит горькая шутка, мол, качественные прокладки уходят на гражданский рынок, а низкого качества закупаются правительственными контрактами на военные нужды.

— Томми, я не собираюсь работать на астероиде и не собираюсь месяцами жить в этом скафандре, — ответила Крис. Подобной стандартной фразой отец обычно отвечал руководителю отдела закупок. Премьер-министр Вардхейвена признавал проблему, и на этом все. Он ни разу не десантировался на планету, как сегодня собиралась поступить его дочь. — В безвоздушном пространстве я проведу час, самое большое — два. А на Секуиме, говорят, воздух хороший.

— Грязная курица, — фыркнул Томми.

— Пустая башка, — стрельнула в ответ Крис, улыбнулась фирменной улыбкой самого Томми и повернулась к штурмовому катеру. На нем через несколько минут команда пехотинцев, с ней во главе, спустится на планету.

Штурмовой катер оказался самым маленьким транспортным средством, способным доставить их с орбиты на планету и, при этом, тепловой щит едва укрывал его целиком. Опять же, в свое время Крис гоняла на небольших яликах.

— Корабль проверил? — в который раз со всей серьезностью спросила Крис.

— Четыре раза, — усмехнулся Томми. — Четыре раза залезал во все мыслимые и немыслимые щели. Так что твой покорный слуга облазил там все, что только можно.

Крис осталось только изо всех сил сдержать свой буйный темперамент.

Флот заставляет солдат подставлять задницы на линии огня, но не хочет доверить ключи от техники. Томми построил маршрут обоих катеров от “Тайфуна” до планеты. За исключением двух-трех минут в зоне повышенной ионизации, где радиосвязь с кораблем невозможна, оба катера полетят на автопилоте. И все это время Крис и одиннадцать пехотинцев должны сидеть и молиться удачному приземлению. Эта часть утвержденного плана была одной из того вороха пунктов, который Крис хотелось поменять, вот только энсин без году неделя не способен изменить так понравившуюся шкиперу с сержантом задумку.

— Помоги со снаряжением, — попросила Крис Томми.

К тому моменту пехотинцы уже разбились на пары, проверяя друг у друга скафандры, снаряжение и оружие. Капрал Санто проверил, все ли в порядке у сержанта, после Томми снаряжение у Крис проверила капрал Ли, а последнюю проверку проделает сержант. Этакая тройная проверка.

У Крис нагрузка вышла чуть легче, чем у товарищей по команде, потому что Нелли весит вполовину меньше стандартного персонального компьютера Космофлота. При этом Нелли поддерживала все управление, связь и разведку. Как говорят военные — три в одном. Обычному зеленому энсину такого и не снилось. В экипировку же входят реактивные гранаты на любой вкус, шесть запасных магазинов к М-6, половина заряжена сонными патронами, а половина — боевыми. Вода, аптечка, еда. Космический пехотинец никогда не выходит из дома без тонны разных вещей.

Полностью экипировавшись, Крис повернулась вправо-влево, наклонилась, проверяя нагрузку, чтобы не было дискомфорта, а значит, и проблем в ходе операции. Как-то, ученицей в школе, во время каникул, она пробовала заниматься альпинизмом, забиралась на Голубые Горы Вардхейвена. Те беззаботные месяцы на открытом воздухе — еще одна из множества причин, почему она сейчас готовится к высадке на планету.

Томми молча наблюдал за ее упражнениями.

— Все в порядке? — спросил он, когда Крис закончила проверку.

— Да, все в порядке.

— Готова к миссии? Готова спасти девочку? — Улыбка исчезла, на сей раз Крис поняла — санта-марианин серьезен как никогда.

— Я готова, Томми. На этой посудине я лучший специалист по стрелковому оружию. И результаты по физподготовке тоже отличные. Шкипер прав, я лучшее, что у него есть. И, Томми, я хочу этого.

— Энсин Лянь, на мостик, — донеслось по громкой связи, отменяя любые другие вопросы.

Томми похлопал Крис по спине.

— Везения тебе маленьких людей и пусть с тобой пребудет Господь, — сказал он, направившись к выходу.

— В катере для него не найдется места, — через плечо ответила Крис, продолжая еще один из множества долгих споров.

Крис посмотрела на сержанта, повторно проверяющего десантную амуницию и оружие, сама еще раз пробежала по своей. Заметив взгляд Крис, сержант подошел к ней, проверил готовность, подправил одну лямку и проворчал:

— Вы сделаете это, мэм.

У сержанта никаких упущений Крис не нашла, впрочем, и не надеялась. Тот на флоте уже шестнадцать лет, а то, что за всю службу это его первая настоящая боевая операция, кажется, нисколько его не беспокоит. Как и капитана Торпа.

— Взвод! По машинам! — громко скомандовала Крис.

С криком “Ур-ра!” космопехи быстро распределились на два отряда и вбежали по трапам в оба готовых к полету катера. Как только расселись по местам, Крис прошла по отсеку, проверяя надежность страховочных ремней. Все датчики горели зеленым, тем не менее, Крис у каждого пехотинца потуже затянула ремни. Эти лямки единственное, что будет держать пехотинца на месте в полете. Удовлетворившись, уселась в низкое композитное кресло на носу катера, единственное на этом небольшом кораблике, и осторожно протянула вперед ноги, чтобы не задеть педали управления. Ее тут же окружили ремни безопасности. Однажды Крис попробовала прокатиться на санках с горки. Мама тогда в ужасе запретила делать это впредь. Так вот, в тех санках было попросторнее, чем в кресле на катере.

Подергала ремни, проверяя надежность крепления, проверила амуницию, чтобы ничего не болталось и не мешало, после чего до щелчка закрыла прозрачный кокпит. Не толще бумаги, как и большая часть катера, и толку от него немного даже в плане невидимости корабля. От пустоты космического пространства и жары при входе в атмосферу людей будет защищать только боевой скафандр.

Между ног задергался рычаг управления. Это Томми тестировал удаленное управление. Тем не менее, движения рычага вызвали приятные воспоминания. Крис подвигалась в кресле, и корабль ответил ее движениям. Размерами катер больше гоночного ялика, но такой же приятный.

Крис выгнала из головы все отвлекающее и подумала о десантировании, а также о том, что их ждет внизу. Похитители, эти сукины дети, похитили ребенка очень просто, во время школьной экскурсии. Знали, как выглядит единственный ребенок Генерального Управляющего Секуима и увезли бедную девочку на север, в тайгу, прежде, чем кто-либо узнал о случившемся. Главное, не вспоминать имя ребенка… слишком знакомо. От этих воспоминаний только боль. Крис вернулась к текущим проблемам. Подходы к логову бандитов долгие, трудные и опасные. А рядом с логовом местность и вовсе заминирована. До сих пор плохие парни переигрывали всех. И уже убили много хороших людей.

Крис стиснула зубы: как смогли эти твари получить в свои руки одни из самых сложнейших ловушек и мер противодействия? Она разбиралась в ловушках: на многих планетах водятся мерзкие твари. И, хотя сама Крис ни разу на крупную дичь не охотилась, сейчас с нетерпением ждала своей самой опасной охоты. Все эти опасные игрушки можно приобрести только в специализированных магазинах и сегодня они начнут свою опасную работу. Нормальные люди не нуждаются в глушилках электрокардиограмм. Вот зачем нормальному человеку устройство имитации человеческого тепла? Взорвать бы все. Скафандр Крис уже нагрелся, а по спине потек пот.

 

День оказался таким жарким, что пока Крис бежала к пруду с утками, мороженное подтаяло. Она остановилась и слизнула с ладоней потекшее мороженное, тут же почувствовав себя немного виноватой.

— Эдди, я купила тебе мороженное, — крикнула она и заторопилась дальше.

Она бежала так быстро и почти добежала до места, где оставила брата, когда поняла, что вокруг что-то не так. Крис перешла на шаг.

Эдди нигде не было!

Лицом в воде лежал мужчина, кормивший уток. Те собрались вокруг него, подбирали из воды рассыпавшиеся крошки.

Две кучки одежды лежали на берегу. Только в ночных кошмарах Крис узнала в них агентов, сопровождавших ее уже несколько лет. Но потом взгляд замер на Нанне. Та лежала. Руки и ноги раскинуты в стороны, как у тряпичной куклы. Даже десятилетняя Крис знала, что такая поза для живого человека неправильна.

Крис закричала. Мороженное вывалилось из рук, Крис сунула ладони в рот и прикусила пальцы в надежде, что боль разбудит ее и прекратит этот кошмарный сон.

Где-то за спиной кто-то крикнул в рацию:

— Агенты убиты. Агенты убиты. Одуванчика нигде не видно. Повторяю, Одуванчик пропал.

 

Мигающий красный индикатор привлек внимание.

— Ты снова это сделала, — прорычала она, посылая прочь воспоминания и сосредотачиваясь на текущих проблемах.

Десантный отсек как раз проходил процедуру декомпрессии. Воздух высосался, но Крис и пехотинцы уже давно дышали воздухом, закачанным в баллоны скафандров. Крис проверила показания у себя. Скафандр оказался хорош настолько, насколько возможно в Космофлоте. Как и у остальных.

— Мы готовы, — сообщила она, активировав связь с мостиком.

Ткнув спинкой кресла в спину, катер упал в беззвучное черное пространство. Томми позволил ему несколько мгновений дрейфовать без управления. Хватило, чтобы охватить взглядом “Тайфун”, его блестящие борта из «умного металла», иллюминаторы кают экипажа, гравитационную катушку, по кругу опоясывающую корабль. Передняя часть корабля гордо окрашена в сине-зеленые цвета флага Человеческого Сообщества. Потом задергался рычаг управления, катер ожил. Томми взял управление в свои руки, направив оба катера навстречу планете.

Ну а раз Томми взялся за работу, Крис решила проверить ситуацию на планете.

— Нелли, покажи цель в реальном времени, — мысленно приказала Крис личному компьютеру.

Дисплей хендз-ап заполнил охотничий домик. Инфракрасное излучение показало несколько десятков силуэтов людей. Шесть, а то и восемь патрулируют дом снаружи… все ходят парами. Согласно гарантии, представленной фирмой, производящей тепловые ловушки, нет никакого способа распознать обман, но Крис знала, что внизу настоящих людей только пятеро. Стоит поблагодарить бога за то, что производители предпочитают умалчивать о таком глюке.

Уже порядка десяти лет плохие парни попадаются на то, что считают среднюю температуру человека, как и положено, 98,6 градусов по Фаренгейту. Вот чего они не знают, что ночью температура понижается до 97, а то и 96 градусов. На верхнем этаже домика приборы считали силуэты шести заложников в разных комнатах, прикованных к кроватям. В противоположных концах коридора сидят два боевика. При первых признаках спасательной операции они ринутся только в одну комнату, где держат девочку, и убьют ее. Благодаря датчикам пятидесятиграммового “Стулпигеона”, зависшего над домиком на высоте тысячи метров, Крис точно знает, в каком конце коридора сидит убийца и в какой точно комнате держат перепуганную девочку.

Перепуганную! Стиснув зубы, Крис выглянула через прозрачный купол кабины катера на медленно вращающуюся перед ней планету. Она пыталась сделать что угодно, только чтобы не коснуться нерва, который снова уведет к могиле брата. Эти бандиты хотя бы не похоронили свою жертву под тоннами навоза с неработающим воздуховодом — единственной надеждой выживания шестилетнего ребенка.

От других учеников в школе Крис слышала, что Эдди умер за несколько часов до того, как родители заплатили выкуп. Правды об этом она не знала. В ее руки попадали отчеты, которые она не могла читать, видела репортажи СМИ, но ни разу не смогла досмотреть их до конца.

Крис все время задавала себе вопросы, начинающиеся с «что было, если бы». Что было, если бы она тогда не побежала за мороженным? Что было, если бы плохим парням пришлось иметь дело не только с Нанной и Эдди, но и с Крис? Какие планы вынашивала бы дикая десятилетняя девочка?

Встряхнув головой, Крис волевым усилием отогнала все это. Если размышлять над подобными вопросами достаточно долго, начинают появляться слезы, а в скафандре им места нет.

Крис сосредоточилась на планете. Полоса терминатора меняет день на ночь, неся вслед за собой темные тучи, окутывая шарик, меняя тихий, солнечный день на штормовую ночь. Это хорошо: барабанная дробь дождя и грохот грома в темноте замаскирует подлет катеров, сделает бандитов менее внимательными.

Крис улыбнулась, вспомнив другие планеты, на которые она смотрела с орбиты, сидя в кабине гоночного ялика. Улыбка скользнула в хмурые думы о предстоящей операции, которые Крис изо всех сил старалась удержать в голове.

 

Отец исчез из жизни Крис на следующий день после похорон Эдди. Он уходил на работу до того, как она просыпалась, и редко возвращался до того, как ложилась спать.

Что-то пыталась сделать мама.

— Ты уже достаточно долго ходишь дикаркой. Пришла пора сделать из тебя правильную молодую леди.

Это значило нечто большее, нежели ходить с отцом на футбольные матчи или на собрания его политической партии. Крис быстро обнаружила, что “правильные леди” не только ходят на балет, но и сопровождают мам на чаепития. Как самой младшей леди, на любом чаепитии ей становилось скучно, и она стала считать такое времяпровождение глупостью. Потом заметила, что некоторые порции чая забавны на вкус. Случилось это незадолго до того, как Крис удалось попробовать такой чай. Специфический вкус делал восприятие всего вокруг забавным и заставлял чувствовать себя лучше. Чаепития стали не такими уж и скучными. Еще через некоторое время она нашла то, что добавляют в чай, после чего участились набеги на отцовский бар и мамин винный шкафчик.

В любом случае с выпивкой дни переносились легче.

Оценки в школе ухудшились, но было все равно. Они не имели значения, тем более что мама с папой в ответ всего лишь хмурились.

Другие ребята в школе занимались забавными вещами, к примеру, гонялись на яликах на орбите. У Крис же в подружках была бутылка. Конечно, алкоголь и таблетки, прописанные маминым врачом, предназначались в помощь Крис, чтобы стать более женственной. Но все, что вышло — она стала пропускать футбольные тренировки и игры. Тренер только покачивал головой, пытаясь делать все, что в его силах, чтобы Крис не забросила тренировки. Харви, шофер, возивший Крис в школу и на тренировки, просто выглядел печальным.

Но однажды, поздно забирая Крис из школы, он улыбался.

— Сегодня на ужин пригласили твоего прадедушку Троубла, — сказал он прежде, чем Крис поинтересовалась причиной его хорошего настроения. — Генерал Тордон прибыл на Вардхейвен на совещание.

Крис ехала домой задумчиво, размышляя, что может сказать человеку из учебника по истории.

Мама аж вошла в яростное состояние, бормоча под нос, мол, легенды должны оставаться на книжных страницах, где им самое место. Крис с учебником в руках заняла место на балкончике, одним глазом читая, другим сторожа входную дверь.

Она понятия не имела, кого ждет. Скорее всего, войдет нечто древнее, вроде миссис Брэкет, старой училки по истории, сухой и морщинистой. Удивительно, что до сих пор небо коптит.

И вот в парадную дверь вошел дедушка Троубл. Высокий, подтянутый, в зеленой форме, с взглядом, способным одним махом уничтожить весь флот Итич, и при этом улыбающийся. Его улыбка оказалась заразительной. Мама была не права, он совершенно не походил на «легенду из исторического учебника». А за ужином вовсе рассказывал различные истории.

После ужина Крис не смогла вспомнить ни одной, по крайней мере, полностью. Но все они оказались смешными, даже самые жуткие. В любом случае, как бы ни плохи были дела у персонажей историй, из уст дедушки Троубла они звучали ужасно смешно. Несмотря на неприязнь, смеялась даже мама.

И когда ужин закончился, Крис удалось остаться дома, а не переться вместе с мамой в вист-клуб. Ей хотелось торчать рядом с этим чудесным привидением вечно. Когда Крис и дедушка Троубл остались наедине, Крис поняла, почему котята любят нежиться на солнце.

— Твой отец сказал мне, что ты любишь футбол.

— Ага, увлекаюсь, — ответила Крис, по-женственному усаживаясь на стул напротив дедушки и чувствуя себя достаточно взрослой.

— А мама говорит, что ты хороша в балете.

— Ага, им тоже увлекаюсь.

Даже в двенадцать Крис понимала, что не может поддержать разговор. Да и что она может сказать кому-то вроде дедушки?

— Мне нравятся орбитальные гонки на яликах. Интересуешься?

— Не-а. Некоторые ребята в школе занимаются ими. — Крис заволновалась, но потом вспомнила о себе. — Мама говорит, что это слишком опасно. И в них нет ничего хорошего для правильной молодой леди.

— Гонки интересны, — сказал дедушка Троубл и, откинувшись на спинку стула, положил руки за голову. — В прошлом году на Саванне девочка ненамного старше тебя выиграла юношеский чемпионат.

— Так не бывает! — Крис уставилась на дедушку широко раскрытыми глазами. Даже с его слов она не могла в такое поверить.

— На завтра я нанял ялик. Хочешь прокатиться со мной?

Крис заерзала.

— Мама никогда мне не разрешит.

Дедушка положил руки на стол и его ладони оказались в нескольких дюймах от ладоней Крис.

— Харви мне сказал, что твоя мама обычно по субботам долго спит. Я мог бы зайти за тобой часиков в шесть.

Только позже Крис поняла, что дедушка Троубл и семейный шофер Харви успели сговориться. Но сейчас она слишком взволновалась от предложения, чтобы сложить два и два.

— Зайдешь? — пискнула Крис.

Она и не вспомнила бы при всем желании, когда последний раз вставала так рано самостоятельно. Больше того, не могла вспомнить, когда последний раз делала чего-нибудь, чего не было в планах мамы или в папином «деловом списке». Не могла вспомнить, потому что это означало вспомнить жизнь, когда был жив Эдди.

— Мне нравится, — сказала она.

— Только давай договоримся, — сказал дедушка Троубл и, чуть наклонившись, взял в свои загорелые, мозолистые ладони ее, маленькие и мягкие. Взгляд уставился на нее, отбрасывая маленькую девочку, которой сейчас в Крис было так много. Она сидела, ни жива, ни мертва от волнения. — Твоя мама права. Гонки на яликах могут быть опасны. Поэтому я возьму с собой только каменно трезвого человека. Надеюсь, для тебя это не станет проблемой?

Крис с трудом сглотнула. Так сильно веселилась, когда дедушка Троубл рассказывал истории, что позабыла обо всем, тем более об алкоголе. Да и в школе не приняла ни капли. Справиться ли ночью?

— Нет, проблемой не станет, — заверила она.

И как-то справилась. Вышло не так-то просто. Два раза просыпалась и плакала, вспоминая Эдди. Но думала о дедушке, про истории школьников, делящихся впечатлениями о том, как здорово видеть над собой звезды и оседлать падающую звезду.

В эту ночь Крис так и не спустилась к отцовскому бару.

Она преодолела ночь, чтобы утром выйти на лестницу, увидеть дедушку Троубла, настолько великолепного в зеленой форме, терпеливо ожидающего ее в фойе, выложенного черно-белой плиткой. Осторожно балансируя, как учили в балетной группе, Крис сошла вниз по лестнице, показывая дедушке, насколько она трезва. Его слабая улыбка выглядела строгой, не такой, какой обычно встречает политических друзей отец. Но строгая улыбка дедушки значила для Крис больше, чем улыбки мамы и папы за все время.

Через три часа Крис напялила на себя скафандр, пристегнулась ремнями к переднему креслу ялика. Дедушка стартовал, и они выпали из недр космической станции. Ах, какая это была прогулка! Крис видела звезды так близко, что почти прикасалась к ним. Появился даже соблазн отстегнуть ремни, выпасть в темноту, упасть падающей звездой и исправить все, что можно, чтобы маленький мертвый Эдди тоже мог полюбоваться этой красотой. Но нельзя, иначе у дедушки, прошедшего через множество неприятностей, рискнувшего прокатить ее на ялике, проблемы только умножатся. Красота немигающих звезд охватила Крис холодным, тихим объятьем. В чистом, бережном входе ялика в атмосферу был всего лишь математический расчет, но он похитил сердце Крис… и, возможно, какую-то часть страданий из-за того, что она в тот злополучный день выжила, а Эдди нет.

Когда поздно вечером они пришли домой, обнаружили нервно мерившую шагами фойе маму.

— Где вы были? — скорее обвиняюще, чем вопрошающе, воскликнула она.

— Катались на ялике, — ответил дедушка Троубл с тем же спокойствием, с каким накануне рассказывал о приключениях.

— Катались на яликах! — воскликнула мама.

— Дорогая, — тихо сказал дедушка Троубл, обращаясь к Крис, — думаю, тебе лучше уйти в свою комнату.

— Дедушка? — начала было Крис, но Харви взял ее за руку.

— И не выходи оттуда, пока я тебя не позову, — добавила мама. — И что же, по-твоему, ты делал с моей дочерью, генерал Тордон? — холодно осведомилась мама, обращаясь к дедушке.

Но дедушка Троубл уже шел к библиотеке.

— Думаю, нам стоит поговорить подальше от маленьких кувшинов с большими ушами, — сказал он с тем спокойствием, которого не хватало маме.

— Харви, но я не хочу идти в комнату, — сказала Крис, когда шофер подвел ее к лестнице.

— Будет лучше сделать, как сказал дедушка, дружочек, — сказал он. — Твоя мама сильно взволновалась. Не нужно давать ей повода разволноваться еще больше.

С тех пор дедушку Троубла Крис больше не видела.

Спустя неделю в ее жизни появилась Джудит, женщина, которая дедушке Троублу наверняка бы понравилась. Она работала психологом.

— Мне не нужен психиатр, — сразу заявила женщине Крис.

— Почему ты бросила занятия футболом? — спросила Джудит, словно не услышав заявления Крис.

— Я не бросала, — буркнула Крис.

— Твой тренер считает, что бросила. И твой отец считает так же.

— Откуда об этом знать папе? — со всем двенадцатилетним сарказмом, что могла собрать, поинтересовалась Крис.

— Харви записывает все игры, — сказала Джудит.

— Ой.

Так они и разговорились. Крис внезапно обнаружила, что Джудит вполне может стать ее другом. Тогда Крис и поделилась с ней мечтой стать участнице гонок на яликах, но мама против и убеждает ее завести себе котенка.

Вместо того, чтобы согласиться с мамой, Джудит поинтересовалась, почему бы маме самой не завести себе котенка, а то и двух. Мысль о маме с котенком на руках развеселила Крис, но, прежде чем Джудит успела объяснить мысль, Крис догадалась, что мама просто пытается делать для нее, как считает лучше и что у мам двенадцатилетних девочек время от времени должны появляться котята.

К ужасу мамы и восхищению папы следующий юношеский чемпионат Вардхейвена гонок на яликах выиграла Крис.

 

— Прочь из головы, — прорычала Крис не хуже капитана Торпа и тут же ее тряхнуло так, что, если бы не ремни безопасности, вылетела из кресла.

Что только подтвердило жизненный закон — не расслабляться. И его Крис только что прочуствовала в полной мере.

Сразу вслед желудок подпрыгнул к горлу. Катер бешено вертелся, не хуже дервиша. Нос опустился вниз, а корма с двигателем задралась вверх.

— Какого черта?

— Кто управляет этой телегой? — загремело в ушах, и Крис поспешила схватить рычаг управления.

— Всем успокоиться! — в десантном отсеке взревела капрал Ли.

Рычаг сопротивлялся, отказываясь подчиняться. Крис ударила по кнопке связи с «Тайфуном».

— Томми, черт возьми, что происходит?

Вопрос эхом отскочил от стенок шлема. Связь мертва. Если ничего не сделать, причем немедленно, отряд погибнет, вместе с ней самой.

Крис схватилась за рычаг покрепче, взяв управление катером в свои руки. Опережая мысли, руки делали то, что необходимо — выровнять катер, замедлить падение. Десантный катер тяжелее ялика и реагирует на управление медленнее. Но Крис боролась… и, в конце концов, он начал повиноваться.

— Вот так уже лучше, — облегченно выдохнул кто-то из пехотинцев за спиной.

Если быстро не разобраться где они и куда падают, вот это одинокое «лучше» станет означать всего лишь более мягкое вхождение в атмосферу Секуима. И то, что они в ней не сгорят.

— Нелли, мне нужна навигационная система гоночных яликов. Немедленно.

В одно мгновение на хендз-ап сформировались знакомые процедуры.

— Нелли, опроси местную систему GPS. Где мы?

На карте, высвеченной на хендз-ап, появилась точка, обозначающая катер. От точки во все стороны простирались векторные линии. Катер ускорялся, а не тормозил.

— Капрал, настрой прямую связь с катером сержанта.

— Я пытаюсь, мэм, но не знаю, где он.

Компьютер Крис, скорее всего, смог бы сказать, где, по отношению к ней, должен быть второй катер, но Нелли делала все возможное, прокладывая курс, выигрывая очередной чемпионат.

Здесь не раздают трофеев, разве только за поражение наземной цели. Здесь ждут победителей, сделавших работу в стиле «добраться до точки, израсходовав меньше топлива и затратив меньше времени». Крис сглотнула, когда хендз-ап заполнился стоящей перед ней суровой задачей. Десантный катер, конечно, не сравнится с гоночным яликом хоть какого класса. Крис потребуется каждая унция мастерства, чтобы посадить корабль с пехотинцами в каком угодно месте километров за сто от одинокой, испуганной маленькой девочки.

Крис гналась за трофеем. Намертво вцепившись в рычаг управления, она начала гонку за жизнь маленькой девочки.