Назад
Майк Шеферд. Мятежница

Глава 15

Рано утром, завтракая в номере, Крис почувствовала себя незарегистрированным избирателем в день выборов. Упакованные в коробки завтраки были разосланы всем по номерам, даже тем, кому не нужно выходить на улицу, чтобы добраться до столовой. Таких, как обнаружила Крис, оказалось меньше дюжины, учитывая Спенса и тех троих новобранцев из первой поездки по фермам, все еще валяющихся на госпитальных койках. Полковник закрыл штаб на целый день.

Крис поспешила на склад с намерением устранить последние проблемы и попрощаться со всеми, с кем успела познакомиться на этой планете, а их осталось не так много. Даже Кортни уехала с одной из колонн, так что о завтраке, обеде и ужине вместе с местными поварами, заботился Томми.

Во дворе пусто, Крис поздоровалась с Джебом. Бригадир заверил, что вместе с бригадой местных разгружает десантные корабли, доставляет грузы на склад и завтра снова будет что везти на фермы. Крис посмотрела на самый ужасный дождь, что видела с момента, как попала на Олимпию, после чего сказала бригадиру, чтобы тот поберег свою команду.

— Для этого у меня есть команда стрелков, — ответил тот.

Сам Джеб, может, и квакер, но вовсе не против того, чтобы вооруженные мужчины и женщины охраняли склад по периметру.

Когда Крис отправилась в штаб, обнаружила за собой хвост: те самые женщины, что были с Эстер прошлым вечером. За ней в ворота, охраняемые одиноким космическим пехотинцем, они не последовали, но влились в кучку из полудюжины вооруженных гражданских, патрулировавших периметр штаба.

Крис посетила медицинский отсек, там док с санитаром уже вполне справлялись с раненными. Потом, когда бродила по коридорам штаб-квартиры, слышала лишь эхо собственных шагов — тут вообще никого не было. В конце одного из коридоров ее привлек шум статических помех. Секцию радиосвязи тоже отправили сопровождать продовольственные конвои, но аппаратура продолжала контролировать частоты. Один аппарат ловил основную частоту, и Крис услышала радиопереговоры конвоев, от чего почувствовала себя еще больше одинокой. Дала команду Нелли выключить аппарат, но чтобы тот реагировал на слова-триггеры, вроде «тревога», «огонь», «засада».

Второй аппарат контролировал гражданские радиоканалы. Легким движением Крис отправила его сканировать сеть. Полоса поиска стала подниматься, наткнулась на ряд статических помех и зависла. Крис снова нажала кнопку сканирования каналов, и аппарат провел более долгий поиск, прежде чем наткнулся на следующую группу статики. Крис уселась за дежурный столик, закинула на него ноги и начала нажимать на кнопку сканирования каждый раз, как радиоприемник зависал. Прошло несколько минут прежде, чем она поняла, что приемник постоянно зависает на одной и той же частоте. Убрала ноги со стола, еще раз нажала кнопку «сканировать» и стала наблюдать, как указатель поднимается по полосе частот, достигает верха, потом появляется внизу и снова начинает карабкаться наверх. Ближе к середине шкалы завис.

Крис снова нажала кнопку «сканировать» и получила ровно тот же результат.

— Хочешь, я изолирую сигнал от остального шума? — спросила Нелли.

— Там есть какой-то сигнал?

— Да.

— Сделай.

Динамики замолчали, а потом прозвучал громкий звук статического электричества.

— Извини, — сказала Нелли и отключила звук. Потом звук статики вернулся, но на этот раз гораздо тише. Крис показалось, что среди потрескивания она услышала что-то вроде: «грипп», «наводнение», «голодают». Опять же, наводнения и голод на Олимпии вполне себе ожидаемы. Наконец, Нелли подобрала правильный алгоритм и Крис услышала слабое, но чистое:

— Вы должны нам помочь. Мы ничего раньше не просили, но сейчас мы на пределе. Кто-нибудь нас слышит?

Крис схватила радио-микрофон:

— Это энсин Лонгнайф. Вас слышно слабо, но чисто, — крикнула она. — Повторите сообщение.

Она нажала кнопку приема и стала ждать. Но в ответ услышала статику. Только статику.

— Нелли, — потребовала Крис.

— Сигнал пропал.

Крис откинулась на спинку стула и медленно сосчитала до десяти. Когда закончила, передумала и стала считать до ста. Получается, если заговорить, входящее сообщение пропадает вообще. Когда Крис уже отчаялась услышать снова ту самую передачу, радио ожило.

— Батареи почти разряжены, но я буду повторять снова и снова, пока могу. Это ранчо Андерсона на северной развилке Южного Вилли. У нас вспышка лихорадки Грирсона. Уже двое умерло. У дюжины похожие симптомы. Мы сожгли тела, чтобы не занести заразу в подземные воды. Мы больны, голодны, и, к тому же, из берегов вышла река. Вода поднимается к нам. Мы не можем подняться по стене каньона. Если знаете, что это такое, лучше помогите нам, потому что если мы здесь умрем от лихорадки, вода заберет наши тела и зараза распространится по всей Олимпии.

— Нелли, что такое лихорадка Грирсона?

— Имеет симптомы гриппа, пребывает в теле, как брюшной тиф, не причиняя носителю дискомфорта, пока сопротивление не падает ниже определенного уровня. Пятьдесят процентов смертности среди взрослых, не получивших лечения, у пожилых и детей смертность выше. Лихорадка Грирсона впервые обнаружена…

— Достаточно. На нашем складе от нее есть вакцина?

— Да. Примерно тысяча единиц.

Крис зажмурила глаза. Тысяча единиц всего лишь капля в море только для Порт-Афины.

— Нелли, покажи, где находится ранчо Андерсона.

Северная развилка южной реки означает, что место должно быть где-то высоко в горах. Так и оказалось, но не только.

— Обнови информацию по реке. Нужна самая свежая.

На севере река вышла из берегов и подбиралась к стенам каньона.

— Фотографии уже неделя. Потом только непрерывный облачный покров, — сказала Нелли.

Там тоже без передыха порет дождь. Если на той неделе было так хреново, сейчас наверняка намного хуже.

Крис вскочила на ноги. У двери вспомнила, что должна связаться с полковником. Но тот отправился на юг, а проблема на севере. Она вытащила два пустых листа из пачки рядом с рацией, нацарапала короткую записку, в которой рассказала, куда отправляется и почему. Одну оставила на столе у рации, другую — на столе полковника, а потом помчалась в госпиталь.

— У нас вспышка лихорадки Грирсона примерно в сорока милях вверх по реке. Это место вот-вот затопит, — выпалила она.

Док, положив ноги на стол, читал медицинский журнал.

— Дерьмово, — сказал он и сбросил ноги на пол. — Это ж раз в десять хуже, нежели брюшной тиф в прошлом месяце. Вспышки Грирсона здесь уже лет тридцать как не было.

— Ну, теперь есть. Кто пойдет со мной? — спросила Крис.

— Хендриксон все еще кровоточит, — сказал санитар. — Думаю, пойду я, — и начал собирать сумку.

— Раз там Грирсон, Дэнни, значит, будут и всевозможные побочные заболевания, — вздохнул доктор и начал помогать санитару собирать сумку.

— Встретимся на пристани у склада. Я заберу вакцину, — сказала Крис и пошла к выходу. — Сколько людей проживает в долине? — вопрос она задала уже Нелли.

— Двести тридцать семь.

— Возьмем двести пятьдесят доз. Пусть кто-нибудь на складе отыщет ее.

— Я знаю, где она лежит. Дам задание Джебу.

— Энсин Лиен, — сказала Крис в рацию, — чем занимаешься?

— По шею увяз в хламе старых грузовиков, — откликнулся Томми.

— Встретимся у складских ворот. У нас проблема.

— И лучше, если со мной будет винтовка? — вздохнул тот.

Выбежав за ворота, Крис нисколько не обратила внимания на вооруженный эскорт, а те помчались вслед за ней, когда Крис была уже в паре десятков шагов. Джеб встретил ее на электрической тележке, где на грузовой платформе были поставлены три небольших коробки.

— Здесь триста единиц, но, если я правильно прочитал, срок действия вакцины истек в прошлом месяце.

Крис запрыгнула на тележку.

— К причалу, — приказала она, после чего вызвала по коммуникатору госпиталь. — Док, срок годности вакцины против лихорадки Грирсона истек в прошлом месяце. Мы его еще можем использовать?

— Черт! — последовала пауза. — Может сработать. Может, если использовать чуть больше, чем следует. Черт, даже не верю, что говорю такое.

— У меня триста доз на двести пятьдесят человек. Может, получится сделать новую?

— Если в вакцину попадет вода, мы не сможем произвести достаточное количество.

— Поняла, док, нужно держать вакцину подальше от воды, — оставалось надеяться, что большая вода пока что держится подальше от ранчо.

Грузовик с краном уже выгрузил две новых, еще не распакованных, лодки. Крис подошла к той, что была ближе к воде, нажала кнопку пробуждения. На крошечном экране появилась инструкция. Прочитав информацию, занявшую несколько окошек, Крис нажала кнопку с цифрой шесть на пульте управления. Как и было обещано, получилась речная моторизированная плоскодонка. Десять метров в длину, два в ширину, с высоким носом, плоским дном и пультом управления посреди лодки по одну сторону миделя и штурвалом на другой. Крис изучила, что у нее получилось, и решила, что результат выглядит хорошо. Джеб отвлек дюжину мужчин, укладывающих мешки с песком вдоль волнолома у поднимающегося залива, чтобы те столкнули лодку на воду, плещущуюся всего в нескольких сантиметрах ниже края бетонного пирса. Потом разделил бригаду на две группы, половина отправилась продолжать таскать мешки с песком, вторая ушла на склад за припасами.

— Кто пойдет? — спросил Джеб.

— Я, санитар вот-вот подойдет, и Томми. Мне нужны люди. Люди, знающие реку.

— Эстер сказала, что ты не должна покидать город.

— Не должна уезжать на грузовиках. Здесь другое.

— Ребячишься, как подросток. Продолжай в том же духе, и тебя прикончат.

— Многие пытаются. Пока никому не удалось.

— Значит, ты испытываешь удачу.

— Загружай лодку, дедуля.

— Лодку-то загружу. Мик, ты тут недавно скулил, что без дела слоняешься по городу. Тащи свои веснушки в «Андреа Дориа», передай Адди, что нам нужен Хосе. Леди хочет прокатиться по реке и ей нужен лучший речной проводник, что у нас есть.

— Понял, — сказал молодой человек лет восемнадцати и тут же рванул выполнять поручение.

— Пошлю с вами Олафа, он огромный, как медведь. Поскольку вы отправляетесь в страну каньонов, вам может понадобится немного полазить по скалам, прежде, чем закончите с миссией. Набиль, Акуба, вы мне тут нужны.

Двое высоких худых мужчин один темнокожий, другой еще темнее, подбежали к ним.

Тут подошли Томми с санитаром. Томми огляделся вокруг, словно ожидал увидеть сквозь дождь дым от пожара.

— Что случилось? — спросил он у Крис и та быстро объяснила. Для пущей убедительности, санитар тут же сделал всем уколы вакцины. Когда Крис закончила, Томми заявил: — Крис, ты должна остаться здесь.

— Я уже ей это говорил, — вздохнул Джеб. — Девочка не хочет ничего слышать, так что побереги дыхание, — Джеб изучающее посмотрел на лодку: та, по мере того, как ее загружали медикаментами и припасами, успела растянуться сантиметров на десять. — Скажу кое-что Хосе о вашем грузе. Груз важный, а река не такая спокойная, как раньше. Когда-нибудь были на воде?

— У родителей есть лодка. Я плавала по озеру на Вардхейвене.

— Тут ничего подобного не будет.

— Я на это и не рассчитываю.

Пришел Мик, а следом за ним, на хвосте, Хосе. Мужчина с коричневой кожей лет тридцати, посмотрел на лодку, запрыгнул на борт, немного поизучал ее изнутри, после чего приказал:

— Привязывайте все. Сучья речка и без того доставит нам хлопот, так что лишних проблем, больше того, что она даст, мне не нужно. Мик, тащи весла и палки.

Веснушчатый паренек тут же снова рванул с места.

Кто-то принес много веревки, грузчики стали привязывать груз, не экономя. Хосе посмотрел на три маленьких плоских ящика с вакциной.

— Из-за этого мы собираемся делать такую большую глупость?

— Да, — сказала Крис. — Вы должны понять, что произойдет, если мы не доставим вакцину на место.

— Люди умрут, а когда их заберет река, умрем все мы. Думаешь, будь причина другой, я бы пошел на такую глупость? Джеб, тащи сюда спасательные жилеты. И еще три рюкзака. Флотские потащат лекарство.

Перспектива превратиться во вьючное животное Крис не понравилась. Она открыла рот, но Хосе прервал ее прежде, чем Крис успела произнести хоть слово.

— Послушай, женщина, на этой лодке капитан я. Если бы я оказался там, — он указал на серое небо, — и хотел остаться в живых в этом твоем космосе, я, наверняка, слушался бы тебя. Может быть, если бы ты говорила так, словно знаешь, что делаешь. Здесь, внизу, Хосе знает о реке все, что нужно. Если хочешь донести до тех людей вот это, ты должна слушать, что говорит Хосе. Будешь делать то, что он тебе говорит, может быть даже выживешь.

Речной человек хмуро посмотрел на бухту.

— Бухта плохая, с корягами, пнями, водоворотами. Запросто опрокинут, завертят. Река намного хуже. Но, думаю, Хосе, возможно, приведет тебя на место.

— Возможно, — повторила Крис.

— С Хосе «возможно» много лучше, чем стать мертвой, каковой ты обязательно станешь без меня, девочка.

— Делай, как он говорит, космонавт. Или я своих людей туда не пошлю, — добавил Джеб.

— Я и не спорю. Думаешь, если мы понесем лекарство на себе, что-то изменится к лучшему? — спросила Крис у Джеба.

— Если упадешь в воду, сразу не утонешь, а парни сделают все возможное, чтобы вытащить тебя. Если в воду попадет только коробка, она сразу пойдет ко дну. Думаю, мы можем что-нибудь сделать и с этой ситуацией, но, похоже, Хосе уже сделал.

— Похоже на то, — кивнула Крис.

Десять минут спустя, когда все было загружено и закреплено, они отошли от причала.

— Попробуем вернуться до того, как появится полковник, — крикнула Крис Джебу, — но если не получится, скажите ему, где я.

— Почему бы не использовать ту штуку на запястье, чтобы самой ему сказать?

— У него сегодня есть своя работа. Зачем его отвлекать?

— Ну, конечно. Что еще ждать от Лонгнайф?

Крис махнула рукой и принялась вычерпывать из лодки воду. Пока лодку загружали и разворачивалась, дождь налил больше сантиметра воды. Все кто не был занят ничем, выбрасывали ее за борт.

— Помнишь об удаче маленьких людей, о которых мы как-то говорили? — сказал Томми, как только спрыгнул на лодку. — Так вот, я только что видел, как они машут нам с пирса. Даже их удачи не хватит на эту проклятую реку.

— Томми, нам нужно доставить вот это, — Крис большим пальцем показала на рюкзак за спиной, — вверх по реке.

— Кому-то нужно доставить это вверх по реке. Никто ведь пока не умер, оставив всю работу на тебя одну. Я уже думаю, что Лонгнайф в учебниках так много потому, что они не представляют, как работу можно поручить кому-то еще.

У Крис слов для ответа на тираду Томми не нашлось.

Хосе быстро разогнал лодку до полной скорости, около двенадцати узлов. Она хорошо справлялась с волнами в бухте, превращая каждую в облако брызг, большая часть которых падала обратно в реку и только немного в лодку. Все шло хорошо, пока лодка с глухим ударом и внезапным падением скорости не столкнулась с первым препятствием, хотя двигатель работал на полную.

— Черт возьми, — проворчал Хосе, разворачивая лодку и пытаясь завести мотор. По левому борту в нескольких сантиметрах вращалось бревно диаметром в четверть метра с торчащими в разные стороны остатками отрубленных ветвей. Хосе достал из кармана рубашки что-то вроде стилуса, вытянул его на метр, дождался, пока бревно немного успокоится и воткнул иглу в бревно. На верхнем конце замигала красная лампочка. Через мгновение Хосе достал рацию.

— Адди, у меня тут топляк по ходу движения. Я его пометил. Будет лучше, если ты его заберешь прямо сейчас.

— Заметила маяк, — раздался женский голос. — Уже идем. У тебя проблемы?

— Возможно. Думаю, шанс мы упустили. Может понадобиться буксир.

Вернуться Крис была не готова. Отбросив ковшик, которым вычерпывала воду, она пробралась к штурвалу

— Думаешь, сможешь что-то сделать? — спросил Хосе и на его лице отразилась смесь вызова и растерянности.

— Может и смогу, — сказала Крис и нажала на несколько кнопок на клавиатуре рядом со штурвалом. Ожил небольшой экран. — На «Тайфуне» моя работа заключалась в контроле возможностей жидкого металла в бою. Тут должен найтись способ саморемонта.

— Думаешь, получится?

— Не попробую, не узнаю.

Экран оказался совсем крохотным, а клавиатура только цифровой. Крис начала просматривать информацию в сложной серии дополнительно открывающихся окошек информации, все глубже и глубже погружаясь в ветвистую систему инструкций. Совсем не помогало то, что информация была написана кем-то, для кого английский был весьма не родным языком.

— Ты ведь не собираешься скинуть всех нас в воду? — спросил Томми. Крис восприняла его вопрос серьезно, особенно после того, как закивали длинный Набиль и большой Олаф.

— Постараюсь, но, на всякий случай, наденьте спасательные жилеты. Никогда не знаешь, что может сделать космонавт в глубокой воде.

— Иногда бывает забавно, — Томми ничуть не смеялся и заметил: — Когда она ошибается в космосе, мы все начинаем дышать вакуумом.

Олаф покрепче подтянул спасательный жилет, а Набиль печально посмотрел на окружавшую их воду. Крис нашла нечто похожее на ремонт двигателя, выбрала из списка лодку, водяной винт, который она приняла за опору и ткнула на кнопку «Ремонт».

— И что, все отремонтировалось? — спросил Хосе.

— Попробуй, — совсем неуверенно ответила Крис.

Хосе завел двигатель, поддал газу, и лодка тронулась с места.

— Хорошо пошла, — сказал он. — Да! Как думаешь, вмятину с носа сможешь убрать? — и кивнул на вмятину в металле.

— Попробую… когда окажемся на суше, — кивнула Крис. Ответ вызвал смех у капитана и команды.

Хосе повел лодку на полной скорости, выставив на носу двух человек с шестами, а остальным приказал продолжать вычерпывать воду. В сторону Крис только кивнул, разрешив остаться у пульта управления.

— У вас есть карта залива? — спросила Крис, вытащила планшет и вывела на экран последнюю фотографию растянувшейся вширь бухты, после чего наложила на нее карту того же места до катастрофы. — Так поможет?

— Ага. Там болото с тремя реками, впадающими в него и дюжиной выходов. Сейчас все это одно большое безобразие. Если не знать, запросто заблудишься.

Крис нажала кнопку «Глобальное позиционирование», на экране появился знак «плюс».

— А-а, у тебя еще сохранилась эта штука. Мне свой пришлось заложить.

— Должно сработать, — сказала Крис и, отдав Хосе планшет, вернулась вычерпывать воду. Когда выйдут на реку, спрашивать не пришлось. Даже когда Хосе увеличил мощность двигателя на полную и скорость существенно упала. Отмечая берег, по обе стороны из воды торчали деревья. Даже когда безумство прекратится и суша высохнет, понадобится много времени, сил и средств на восстановление.

В какой-то момент, устав, Крис привстала, выпрямляя спину, и обратилась к Хосе:

— Разве не лучше плыть по центру реки?

— Нет, если нет желания добраться до фермы на следующей неделе. Там течение все шесть, если не восемь узлов. Нужно держаться оттуда подальше. Конечно, цепляться о стволы деревьев нам не на пользу. Набиль, Акуба, не спите, смотрите в оба глаза. Не нужно, чтобы лодка обернулась вокруг дерева или камня.

В этот момент дождь усилился, и видимость едва ли превышала длину самой лодки.

Шли медленно, мужчины на носу отталкивали лодку от камней, кустов, странного здания и деревьев без счета. Несколько раз Крис оглядывалась в сторону центра реки, но идти туда сейчас было нельзя. Возможно, когда-то там было так же спокойно, как на озерах Вардхейвена. Сейчас же вода боролась сама с собой, вздымалась, а потом обрушиваясь вниз ливнем белой пены. Вода сошла с ума от способности превращать деревья в спички, а камни в мелкий гравий. Как бы ни было опасно плыть вдоль затопленного берега, соваться в центр реки самоубийственно.

Движение вверх по течению было не только медленным, но и порой пронизано ужасом. Оттолкнувшись от очередного дерева, шальное течение подхватило лодку и швырнуло в камень, который только что обошли. Даже большому Олафу потребовалась помощь, чтобы оттолкнуть лодку от него. Все присутствующие взялись за шесты и весла, а кому не досталось ничего, отталкивались руками, только чтобы не дать лодке опрокинуться. Через помятый борт внутрь полилась вода.

— Флотский на левый борт. Лево с другой стороны, — закричал Хосе, когда Томми попытался что-то сделать по правому борту.

Крис перебирала руками по веревкам, крепящим груз, чтобы спуститься как можно ниже на левую сторону, поднимая погнутый правый борт как можно выше. Набиль с Акубой оттолкнули от камня нос лодки, и Хосе позволил течению унести их вниз метров на сто, следя при этом, чтобы не попалось по пути никаких препятствий, а потом вновь завел двигатель и возобновил борьбу с рекой.

Крис кинула взгляд на часы: с такой скоростью есть шанс добраться до ранчо Андерсона до темноты. Подумала вызвать полковника, но отказалась от этой идеи. Она не сомневалась: тот запросто обвинит ее в мятеже и неподчинении приказа, только позже. Сейчас-то мало что сможет сделать. Так что Крис сосредоточилась на путешествии по реке.

Дождь порол, как из ведра. Томми предложил поискать одеяла в тон, на что Мик ответил, что готов спать где угодно с одеялами или без них. У Олафа тут же возник вопрос относительно того, кто с кем будет делить постель. Уставшие и мокрые, они пока еще могли смеяться и шутить. Раз уж Крис суждено прокатиться по сошедшей с ума реке, так только с такой командой, как эта.

Шли часы, Крис становилось все мокрее и холоднее. Мышцы болели в таких местах, о которых она и не подозревала. Просто прокатиться на лодке не получилось, каждый миг приходилось работать, заботиться, чтобы не врезаться в борта из жидкого металла, не стукаться о ящики с продовольствием и оберегать стеклянные ампулы с вакциной. Поэтому Крис стояла на ногах, сгибая колени, когда лодка поднималась над волнами и выпрямляла их, когда она уходила вниз. На круиз, что они с Томми предприняли в Оазисе, походило мало. Захочет ли когда-нибудь снова оказаться на воде больше, чем джакузи?

— Дом Хармозы, — крикнул Хосе Крис, кивнув на крышу на дальнем берегу бурной реки. — Андерсоны следующие, примерно в трех милях дальше вверх по течению. Пока все идет хорошо.

Как и говорил капитан, они обогнули излучину реки, а там их, словно ниоткуда поймал вихрь главного потока. Хосе схватился за штурвал обоими руками, обхватил ногами рулевой столб и пытался бороться с вихревым потоком. Лодку кружило, когда она поднималась на волне и бросало вниз. Кажется, за все путешествие не было ничего хуже. Томми ослабил хватку и почти выпал за борт, когда его за пояс схватила Крис. Еще движение и за борт швырнуло бы их обоих, но тут подсуетился Мик. Запутав ноги в такелажных веревках, он поймал их в последний момент. А там и Олаф подоспел, кое-как прорвавшись мимо груза, огромными ручищами схватил Томми с Крис за рюкзаки и, как котят, бросил на дно лодки.

Крис какое-то время лежала на животе, задыхаясь, позволяя струям ливня и брызгам волн падать на спину. На этот раз они с Томми влипли по-настоящему. Все чуть было не закончилось. Еще немного и… — сказала она сама себе, поднимаясь на ноги, схватившись обеими руками и ногой за грузовые ремни.

— Спасибо, Крис, — сказал Томми.

— Спасибо всем, — добавила Крис, через темноту всматриваясь в каждую фигуру на лодке.

— Это вам спасибо, — засмеялся Хосе. — Подумайте, какие истории будем рассказывать, когда вернемся.

Олаф с Миком тут же довольно ощерились. Набиль только головой покачал, а Акуба так и не поднял взгляда, продолжая сидеть на носу лодки и вглядываться вперед в поисках шальных коряг.

Сильно потемнело. Взгляд на часы сказал, что потемнело немного раньше, чем следует. Частью мрака был непрекращающийся ливень. Но еще появились тени от скал, поднимающихся на добрые триста метров по южной стороне ущелья, где протекала река.

— В трех-четырех милях от фермы Андерсона находятся пороги, — громко крикнул Хосе. — Будьте начеку, экипаж. Нам не поздоровится, если заплывем слишком далеко.

Крис попробовала работу связи и получила сплошную статику.

— Нелли, поищи сигнал с фермы. Попробуй дозвониться кому-нибудь по сети.

Через некоторое время Нелли сообщила о нулевом результате.

— У них батареи могли разрядиться, — сказала Хосе. — Молчание ничего не значит.

Вот только почему это не успокаивало?

Набиль с Акубой прикрепили на носу переносные фонари. Дождь, кажется, немного ослаб, правда, в сгущающейся темноте это скорее желание, чем реальность. Тем не менее, когда луч фонарика Набила выхватил затопленные обломки многоэтажного дома, до него было метров сто. Хосе сбросил скорость, и лодка осторожно подошла к нему. Верхний этаж сожжен — лишь несколько почерневших бревен возвышались над водой. Через пустые глазницы окон верхнего этажа наружу уставились два черепа.

— Матерь Божья, — вздрогнул Хосе и перекрестился.

— Они говорили, что сожгли умерших, — сказала Крис. — Думаю, мы нашли это место.

— Это старый дом, Андерсоны жили здесь целых пятьдесят лет назад. Основное их место там, дальше — сказал Хосе и показал куда-то влево.

Лодка медленно пошла в нужном направлении. Вернулся сильный дождь, благодаря чему лодка чуть не протаранила затопленную постройку прежде, чем ее заметили. Вода наполовину затопила постройку.

— Сарай для коров, — сказал Хосе и приказал: — Ищем забор.

Крис решила, что сейчас как раз самое время дозвониться до базы.

— Полковник Хэнкок, говорит энсин Лонгнайф.

В ответ только статика. Крис повторила вызов еще раз с тем же результатом.

— Нелли?

— Думаю, это из-за того, что мы находимся в тени скал, — отозвалась Нелли. — Отсюда я не вижу ни одного спутника.

— По такой темноте я не рискну идти туда, где нас может подхватить течение, — сказал Хосе прежде, чем Крис успела вымолвить хоть слово.

— Я и не собиралась просить, — заверила его Крис.

— Мы у забора, — крикнул с носа Мик.

Хосе повернул направо.

— Ворота должны быть где-то здесь. Завожу мотор. Приготовьте шесты.

Прежде, чем добрались до ворот, в заборе обнаружили дыру. Преодолев ее, Хосе направил лодку в темноту. Свет фонарей осветил еще больше затопленных зданий. Лодка наталкивалась на какие-то штуковины, поглощенные водой. Хосе снова вырубил мотор, теперь вперед лодку двигали с помощью шестов. Тут сильный дождь снова превратился в моросящий. Осмотрелись, и обнаружили, что находятся посреди скотного двора. Их окружали дома, сараи и прочие хозяйственные постройки. Все затоплено. Вокруг ни огонька.

— Они должны быть где-то здесь, — нахмурилась Крис.

Хосе тоже нахмурился.

— Ближе к скалам есть пара сенокосов. Там есть домик, или даже два.

Он показал вправо и направил лодку в том направлении. Проплыв мимо последнего сарая и забора, за которым течение воды усиливалось, где шесты были уже бесполезны, Хосе потянулся, чтобы запустить мотор.

— Подожди секунду, — крикнула Крис. — Слышишь?

Звуки дождя и течения реки мешали что-либо расслышать. Но по мере того, как тишина затягивалась, а команда затаила дыхание, глухой рев становился все более различимым.

— Что-то рушится, — вздохнул Хосе. — Такой шум не к добру, но мы туда на шестах даже не сунемся.

Включил мотор, но заставил лодку плыть медленно. Земля, над которой они плыли, когда-то знавала лучшие времена. Здесь и там, на небольших островках стояли или барахтались в грязи несколько потрепанных коров. Миновали крошечное стадо, укрывшееся на невысоком островке. Какими бы несчастными ни казались коровы, выглядели они все равно холеными живчиками. Для безудержного оптимиста надежда спасти достаточно голов, чтобы завести новое стадо, когда прекратятся дожди. Сейчас, когда вода почти доходила им до брюха, они жалобно мычали, когда люди, не зная, чем можно им помочь, проплывали мимо.

— От нас ничего не останется, — пробормотал Акубе Набиль.

— Что-то есть впереди, — крикнул с поста на носу Олаф. — Похоже на огонь.

Хосе выключил мотор. Понадобилось некоторое время, чтобы выделить в звуках дождя и рева воды человеческие голоса. Прижав рупором ладони ко рту, Олаф крикнул раскатистым баритоном:

— Эй, на ранчо.

На третий крик он получил ответ:

— Какое к черту ранчо? Ты кто такой? У меня тут винтовка.

— Это Хосе, — крикнул капитан, — на лодке, полной лекарств и продуктов. Как решишь, я причаливаюсь или иду дальше?

— Наверное, найду для тебя местечко, где можно привязать лодку, если у тебя найдется веревка.

— Веревка есть. Дерево найдется?

— Нет, но раз у тебя продукты, я согласен сам держать эту проклятую веревку хоть всю ночь.

Из тумана медленно выступило шесть фигур. Одна из них подняла руку, и Олаф бросил веревку. Шестеро потянули за нее, и лодка скользнула к грязной пристани.

— Боже, парни, как мы рады вас видеть. Будут еще лодки?

— Только эта, — сказала Крис, перепрыгнула борт и по лодыжки оказалась в грязи. — Где все?

— Кто-то ушел до того, как стало слишком плохо. Кто-то спит под крышами, что у нас пока остались. Кто-то здесь, волнуется. Вы услышали наше сообщение?

— О лихорадке Грирсона мы знаем. Привезли санитара с вакциной, — Крис кивнула на медика, пока тот выбирался из лодки вместе с парой набитых всякой всячиной сумок с красным крестом, красным полумесяцем и красной же звездой. — Я энсин Крис Лонгнайф, — она протянула руку мужчине, с которым разговаривала, — Космофлот Человеческого Сообщества.

Кто-то скрытый в тумане пробурчал:

— У нас тут пришедший через весь этот ад чертов Лонгнайф? — но рукопожатие и улыбка, которыми ее встретили, были дружественными. — Рад за все, что вы привезли, — сказал седовласый человек, одетый в не снимавшиеся, наверное, не меньше года куртку и штаны. — Я Сэм Андерсон. Это ранчо построил еще мой отец, — он уставился в туманную темноту, словно видел все, что здесь есть и когда-то было. — Полагаю, на мне все и закончится. Слушайте, сколько человек сможете вывезти на своей лодке? У нас тут две дюжины больных, еще старики и дети. Думаю, до утра нам придется начать восхождение на скалу. Было бы неплохо вывезти на лодке самых слабых.

— Сколько вас? — спросила Крис, залезая обратно в опустевшую лодку.

— Не считая троих умерших сегодня, девяносто восемь. А что?

— То, что эта лодка немного отличается от обычной. То, что видите, не обязательно то, что она есть на самом деле, — Крис вывела на экран управления лодкой первоначальный список. — Есть вариант для речной моторизированной баржи. Хорошо подходит для переправки грузовиков весом до десяти тысяч килограмм. Сотня человек должна поместиться. Пятнадцать на шесть метров. И останется тридцать сантиметров свободного пространства при полной загрузке. Хосе, готов вести такую штуку по реке?

— Завтра. Не по темноте.

— Преобразую лодку прямо сейчас, на всякий случай, если река за ночь поднимется слишком высоко.

— Хорошая идея, — сказал Сэм, и Крис нажала по выбранному варианту преобразования.

Даже в темноте металлические борта лодки заблестели. Высокий нос осел, борта откатились в стороны, когда лодка расширилась с трех до шести метров.

И тут вся конструкция рухнула на землю. В первую секунду Крис подумала, что это всего лишь часть процесса, но потом металл начал распадаться на мелкие плоские куски, которые смешивались с каплями дождя и стали оседать на дно луж. Крис схватилась за рычаг на панели управления, когда тот начал разваливаться. Она быстро присела и зачерпнула из лужи горсть грязи и жидкого металла. В ладони металл превратился в шарики, похожие на жидкую ртуть.

— Что за черт? — охнула Крис под аккомпанемент ругательств окружающих. Еле сдержала искушение швырнуть жидкий металл на землю.

— Быстрее, кто-нибудь, достаньте пару склянок с вакциной из моей упаковки. Нужна пустая склянка, нужно сохранить вот это.

— Нам не нужна вакцина? — спросил Томми уже вскрывая пакет Крис.

— У нас триста доз на сотню человек. Я хочу узнать, что только что произошло.

— Если проживем столь долго, — кисло добавил Сэм.

Крис с Томми собрали в опустевшие склянки образцы разрушившейся лодки, заткнули горлышки. В одной склянке вместе с металлом попала и грязь. Ну, вот тебе и частичка Олимпии. Крис осмотрелась в поисках другого подходящего образца, но все доказательства того, что здесь только что была речная лодка, исчезли.

— Давайте уберем припасы с дождя, — сказал Сэм. — Раз нам суждено к утру утонуть, сделаем это хотя бы на полный желудок.

— Никогда не воспринимал тебя оптимистом, Сэм, — сказал Хосе.

— Год серого неба, дохлых коров, неурожаев и лихорадки даже тебя заставят сдаться.

— Может быть. Вы слышали его, давайте раздадим еду этим людям. Голодные люди правильных решений не принимают, а вода поднимается.

Экипаж лодки, дюжина встречавших и появившиеся из дождя и тумана обитатели ранчо, подхватили груз. Вновь прибывшие вели себя тихо. Владельцы же ранчо вернулись, кажется, к прерванному разговору.

— Я ведь и говорю — нужно построить несколько плотов. У нас еще два дома. Снесем стены и сделаем из них плоты.

— Стены из дерева и штукатурки, Тед. Они и часа на воде не продержатся. Кроме того, на реке не удержится ничего, кроме нормальной лодки. Что скажешь, Хосе?

— Там плохо. Хоть и не скажу, что ты не сможешь этого сделать. Кто знает, чудеса случаются.

— Не доверю жизнь моей Кенди никакому чуду. Я сказал, будем подниматься на скалы. Когда были помоложе, забирались туда и не один раз.

— Да. Я бывал наверху, когда мне было десять.

— Когда ты последний раз пробовал перебраться через забор, Билл? — спросил кто-то, тот фыркнул, и эта часть разговора закончилась.

— К тому же мы все поднимались по Счастливой Тропе, а между нами сейчас воды глубиной метра три.

— Остается Прыжок Любовника. Но на него никто никогда не поднимался.

— Где он? — тихо спросил Акуба.

— Прямо за нами, — сказал Сэм.

Акуба нацелил туда луч света. Сквозь дождь Крис едва разглядела скалистую стену с редкими деревцами, растущими то здесь, то там. Свет погас.

— У нас есть веревка. У вас найдется еще? — спросил Акуба.

— Кое что найдется.

Они подошли к двум строениям. Одно из них оказалось небольшим коровником. Четыре коровы стояли под струями дождя и мрачно смотрели на убежище, из которого их выселили. Другое строение оказалось однокомнатным домиком, по размерам даже меньше коровника.

— Молодожены, если хотели, могли оставаться здесь целый год, — сказал Сэм прежде, чем Крис успела спросить. — Давайте посмотрим, получится ли подогреть еду прежде, чем перебудим всех.

Наверное, десятка два человек спали на полу, молодые и пожилые. Трое женщин лежали на одной кровати, покрытые горячим потом, а еще две пытались их успокоить. К ним отправился медик, а Крис последовала за Сэмом на кухню, где сразу же приступили к разогреванию стандартных полевых рационов. На запах кофе на кухне начали появляться люди. Они молча получали разогретый паек и снова исчезали.

Когда все пошло само собой, Сэм тронул Крис за локоть:

— Нужно поговорить.

Крис последовала за ним к кухонному столу. Три стула заняли сам Сэм, его жена, Карен и большой парень, представившийся Брэндоном, он чуть было не раздавил Крис ладонь, а четвертый предложили Крис.

— Так что же нам делать? — спросил Брэндон.

Крис помолчала, ожидая, скажут что-нибудь Сэм или его жена, но те молча смотрели на нее.

— Медик позаботится о тех, кто заболел синдромом Грирсона. Через некоторое время он сделает прививки всем. Потом… — Крис замолчала.

— Потом мы все умрем, — огрызнулся Брэндон.

— Нет, — настойчиво сказала Крис.

— Еще как, — заспорил Брэндон. На кухне начал собираться народ послушать. Кто-то прислонился к стене, кто-то уселся на пол. Люди в доме просыпались и приходили послушать, о чем разговаривают сидевшие за столом. — Посмотрим правде в глаза, — сказал Брэндон, повернувшись к слушателям больше, чем к сидящим за столом. — Вода поднимается на дюйм, а то и два за час. К рассвету мы будем уже ходить в воде. И никакой кавалерии к нам на помощь не придет. Чертов флот уже здесь, и мы видим, что они влипли так же, как и мы. Это был милый трюк, заставивший лодку раствориться под носом Лонгнайф.

— Как ты и сказал, я оказалась в той же лодке, что и вы, — сказала Крис. — Но я не собираюсь помирать этим утром.

— Прилетит вертолет и заберет нас туда, где раздают пирожные, — насмешливо фыркнул Брэндон. — Никто тебе ничего не сказал, что ли? Со всей этой кислотой в проклятом дожде, все самолеты и другие милые игрушки давно распродали. Твой Космофлот привез их обратно?

— Нет, — сказала Крис, не желая врать ни одному смотревшему на нее человеку. Она посмотрела на них, надеясь увидеть в их глазах, что они рассчитывают на нее, независимо от того, насколько тяжелой выйдет ноша, чтобы вытащить их из этой передряги. Но увидела только пустую безнадежность, как будто каждый присутствующий уже видел себя мертвым. Крис сглотнула: эти люди не надеялись на ее помощь, только на последнее одобрение перед тем, как добровольно погибнуть.

— Получается, мы живем в двадцать четвертом веке, но у нас нет ничего, кроме собственных рук, чтобы спастись и, сестренка, мы здесь работали до изнеможения, но так и не спаслись. Если нам суждено умереть, мы заберем с собой весь этот грязный шарик.

На такое абсурдное заявление никто из людей даже с ноги на ногу не переступил. Крис взглянула на Сэма и Карен. Те уставились в стол мертвым взглядом, таким же, как у тех коров, тонувших в воде, когда Крис с командой на лодке проплывала мимо. Как можно стать настолько безнадежным? Беспомощным?

— Почему бы нам не прихватить эту планетку с собой? — продолжил Брэндон. — Они для нас ничего не сделали. И вы все знаете, какое Сэм получил предложение. Знает ли маленькая мисс Лонгнайф? Наверное, это твой дедушка сделал Сэму предложение.

— Я мало что знаю о делах дедушки Алекса. Если вы чего-то не поняли, я энсин Космофлота и в данный момент сижу рядом с вами, без лодки.

Давайте, ребята, смейтесь, улыбайтесь, покажите эмоции.

Люди вокруг уставились в пол.

— Сэму предложили пенни с доллара за это место, Космофлот. Что на это скажешь? Когда все закончится, мы окажемся всего лишь кучкой наемных рабов, вроде фабричных рабочих на Земле. Уверен, черт побери, что я не хочу так жить.

Так вот в чем дело. Крис сглотнула. Они всю жизнь тут работали, а теперь все теряют. Они работали под открытым небом, а теперь это небо падает на них. Они ничего не просили, ничего не получали, а теперь ребята вроде Брэндона обезумели, держась за реку. И лихорадка дала им повод для бешенства. Крис не спеша подвинулась на стуле, изучая людей, стоявших возле стен и сидящих на полу. Побежденные, без надежды, ожидавшие, когда все закончится. Ладно, энсин Лонгнайф, как ты собираешься бороться за то, что осталось в их жизни? Поговорим о проблеме лидерства.

— Ты хочешь умереть? — спросила Крис одну из женщин, что на мгновение посмотрела ей в глаза. Женщина вздрогнула и вперила взгляд в пол. — Все закончилось? — Крис взглянула на мужчину, прислонившегося к стене. — Хотите просто лечь и позволить реке забрать себя?

Тот пожал плечами. Тут заплакал ребенок нескольких месяцев от роду. Мать нежно покачала его, успокаивая, потом дала ему грудь.

— И ты тоже готова утопить ребенка? — спросила у нее Крис, твердо и непоколебимо.

— Нет, — ответила мать и в глазах у нее проступили слезы.

— Ну, тогда тебе лучше подготовиться к этому, потому что так сказал вот этот здоровяк, — Крис поднялась. — Хорошо, сейчас у вас все плохо, может, намного хуже, чем у кого-либо еще в любом из миров, заселенных человеком, — она медленно обвела взглядом каждого, вглядываясь в каждое лицо, одним только своим видом требуя, чтобы ее выслушали. — Когда отец Сэма приехал сюда пятьдесят лет назад, нашлось много корпораций, готовых купить его за половину стоимости, чтобы контролировать его деятельность. Он продержался, взял кредит, вернул его. Могу поспорить, он вернул его досрочно, — высказала она догадку. Наверное, угадала правильно, потому что увидела гордый кивок Сэма и угрюмый взгляд Брэндона.

— Но у меня есть для вас новость. Есть много банков, дающих кредиты на таких условиях. Вряд ли они посылают своих агентов, чтобы те искали людей в бедственном положении, только чтобы им подписали какой-нибудь документ. Им это не нужно. Но вот когда весь этот беспорядок закончится, снова засветит солнце, вот тут они и начнут появляться.

— Ты хочешь одолжить нам денег, Лонгнайф? — выплюнул Брэндон.

— Брэндон, у тебя плохо со слухом. Разве я не говорила, что я из Космофлота? — Крис ткнула пальцем в золоченный стержень на воротнике. — Космофлот ссуды не выдает. Мы тут, чтобы вытащить как можно больше вас из этого кошмара. Но, Брэндон, ты, похоже, не очень хорошо соображаешь. Ты хочешь, чтобы лихорадка Грирсона попала в большую воду и убила всех на этом грязном шарике. Люди, задумайтесь над этим, вместе со мной, — Крис продолжала осматривать каждого присутствующего.

Взгляды их поднялись. Она привлекла внимание.

— Если позволите лихорадке попасть в реку, она отравит Порт-Афины. Люди там больны и голодны. Они начнут умирать. Некоторые из них пришли сюда вместе со мной, чтобы помочь вам. И вместо благодарности вы хотите дать им такое?

Несколько голов отрицательно закачались. Наконец. Пошла какая-то реакция.

— К югу от Порт-Афин голод. Мы доставляем им продукты так быстро, как только можем. А если лихорадка попадет в воду, значит, они тоже все заразятся. Грирсон обычно убивает половину заразившихся людей. Представь, вы оба заразились и кто-то из вас двоих умрет. Твой сын, дочь заразились, кто-то из них умрет. Но люди голодают. Они уже больны. Трое из четырех умрут. Твоя семья заразится, все умрут, может, кто-то выживет, может, это будешь ты, а может, твоя дочь. Кто позаботится о шестилетней сироте? Есть более худшие способы смерти, нежели лихорадка.

Взгляды, смотревшие на нее, до этого пустые, теперь отражали эмоции: страх, ужас, гнев. Да, она завладела их вниманием.

— Но хотите знать самую слабую часть всей затеи Брэндона? После того, как лихорадка Грирсона уничтожит почти каждую душу на Олимпии, останутся пустые дома, техника, сараи. Останутся фермы, которые вы строили не одно поколение. Они будут скуплены за копейки. Или их просто заберут. И тогда корпорации пришлют сюда наемных рабочих, чтобы они на вашей земле зарабатывали для них деньги, — Крис указала большим пальцем в потолок. — Прежде, чем они попадут сюда, им сделают укол, типа того, что наш медик хочет сделать вам, и для них не будет иметь значения, есть в воде остатки лихорадки Грирсона или нет. Вакцина сохранит им жизнь и здоровье так, что они будут работать до конца своих дней ради этой самой корпорации. Разве не забавно? — усмехнулась Крис.

Никто не засмеялся.

Поняв намек, медик вытащил из сумки шприц, вложил в него, как патрон в дробовик, пузырек с вакциной, набрал необходимое количество жидкости, под единственным светящимся фонарик в доме проверил, насколько полон шприц и огляделся.

— Ну, кто первый?

Женщина с младенцем сбросила куртку и подставила обнаженное плечо. Медик приставил шприц к коже. Инъекция прошла с небольшим щелчком. Потом женщина стянула с ребенка подгузник, подставила для укола его попу. Прозвучал второй щелчок. Сэм тоже снял куртку, вслед за ним Карен. Начала образовываться очередь.

— С нами два альпиниста, готовых забраться на «Прыжок любовника». Сколько у вас веревки?

— Много.

Крис оглядела помещение.

— Кто хочет помочь моим людям подняться на этот холмик?

Назад