Назад
Майк Шеферд. Мятежница

Глава 18

Следующим полднем полковник Хэнкок лично отвез Крис и Томми на космодром.

— Когда я сюда прибыла, все было совсем не так, — сказала Крис на его предложение. Он на самом деле хочет, чтобы мы убрались.

— Да и место совсем не то, что было, когда ты здесь появилась, — ответил полковник. — С Лонгнайф всегда так? Командиры их либо обвиняют в неподчинении, либо выдают медали?

— Скажите вы мне. Я в этом деле с Лонгнайф немного новичок, — сказала Крис и поняла, что это правда. Двадцать два года, а она только-только открывает, кто она такая на самом деле.

Посадочный шаттл сыграл в обычную игру уклонений от выбоин при посадке. Когда из него выбрались солдаты и горстка офицеров, побежали от модуля к автобусам, нанятым Крис, полковник Хэнкок снова обратился к ней.

— Передай мои наилучшие пожелания капитану Торпу. Если он хоть немного остался похож на того парня из академии, он будет только рад иметь на борту такого тигра, как ты.

— До сих пор он не выказывал большой признательности, — усмехнулась Крис. И если то, что капитан обычно проходил мимо нее, было его идеей счастья, он был весьма странным человеком.

— Ты должна помнить, что такие парни, вроде капитана Торпа, надевают форму для того, чтобы стать героем войны. В космосе на героев спроса нет. Я как-то пытался уговорить его присоединиться к Корпусу, но он очень хотел командовать собственным кораблем. Интересно, не жалеет ли?

— Не хочу даже спрашивать, — сказала Крис.

— И не надо. Вопрос только испортит эффект отчета о твоей профпригодности, который я ему отправлю. Подозреваю, он изменит точку зрения на твой счет, когда узнает, что у него на борту завелся тигр, а не какая-то светская львица.

Крис осталось только надеяться на такое.

Полет обратно на Вардхейвен оказался хорош для того, чтобы наверстать сон, изучить последние новости… и сделать то, что до сих пор откладывала. С угрюмым видом они с Томми изучали новости. Все дела на Олимпии для новостных каналов, кажется, были не интересны.

— А ведь нас могли и убить, — фыркнул Томми.

— Не радостная мысль, — согласилась Крис. А ведь пытались. Как теперь сказать семье Вилли Хантера, что он погиб за что-то важное в то время, как новостные каналы и программы полностью проигнорировали эти события? Крис дала Нелли задание исследовать художественные произведения на предмет писем родным о погибших при несении службы солдатам. Чувствуя себя виноватой, она из всего этого выбрала лучшие предложения, составила письмо и отослала по адресу, сказав себе, что родителям такую весть лучше получить сейчас.

Но ничто не подготовило ее к тому, что произошло, когда она шла через переполненный терминал прибытия нижней части космического лифта. Молодая женщина перегородила дорогу Крис и Томми, презрительно оглядела их с ног до головы, после чего плюнула.

— Пришла похитить еще одну девочку, земная мерзавка? — крикнула она и скрылась в толпе прежде, чем Крис ее остановила, чтоб узнать, в чем дело. Космофлот, наоборот, спас маленькую девочку и, черт побериэто сделала я. Пока Крис стояла на месте и дрожала из-за не успевшего выйти гнева, появился Харви.

— Извини. Нужно было предупредить, чтоб вы переоделись в гражданское. Вокруг стало слишком много неприязни к военным.

— Когда я доберусь до этой молодой особы, у нее из носа сопли потекут, — рыкнул Томми. Крис удивилась, а Томми молча поднял брови. — Я серьезно. Я не для того бегал по колено в олимпийской грязи и терпел, когда в меня стреляли, чтобы со мной так общались.

Крис мысленно снова увидела Вилли, лежащего в грязи и покрасневшей от его же крови луже, потом перед глазами встала скрывшаяся молодая женщина. Она попыталась найти какие-то слова и для того, и для другой. Может быть, смог бы поэт, но не она.

— Насколько все плохо? — спросила она у Харви, желая, чтобы тот заговорил и наполнил ее голову чем-нибудь, кроме того, что сейчас в ней засело.

— Премьер-министр пытается удержать Вардхейвен в Сообществе. Цепляется зубами и ногтями. Скоро ему придется сдаться, но это разобьет ему сердце. Оппозиция требует референдума. Пока удается его откладывать. Твой отец хочет, чтобы Земля первой заявила о выходе из Сообщества. Это даст Вардхейвену больше рычагов для создания подобной организации вне Кольца. Пятьдесят, может, шестьдесят планет готовы присоединиться к Вардхейвену в любой межпланетной организации. Но, пока что, все выходят из Сообщества. Пока что никто не собирается объединяться во что-то другое.

— Пятьдесят или шестьдесят планет, — пробормотала Крис, прокрутив цифру в голове. В Сообществе больше шестисот планет. Правда, если не считать новые колонии, право голоса имеют всего пятьсот. — А остальные?

Старый шофер только пожал плечами.

— Лот будет просто счастлив избавиться от Сообщества. Гринфильд, похоже, тянет в некую федерацию несколько планет, то ли сорок, то ли пятьдесят из тех, что колонизировали или вложили кучу денег. У Вардхейвена своя группа, большинство мы колонизировали или хорошо помогли. Саванна, Риддл, Питтс Хоуп начинают подавать голоса, словно собираются порвать с нами. Для Земли происходящее большой шок. Они думали, что могут вернуться к временам, какие были первые пятьдесят лет Сообщества, а всем остальным пожелать отправиться в ад. Только не все так просто. Большая часть тех, кто боролся с Сообществом, решили, что путь миров, не входящих в Кольцо, им нравится больше, чем путь старушки Земли.

— Звучит странно, — заметил Томми.

— Когда-нибудь пробовал жонглировать пятьюстами, а то и шестьюстами яйцами?

— Не яйцами, — возразила Крис, вспомнив, что Гринфильдом управляет старший Петервальд. — Шестьсот гранат. И, почему то, я подозреваю, что в нескольких из них чека уже выдернута.

— Начинаешь говорить, как я? — улыбнулся Томми.

— Только в ужасные дни. Харви, мне нужно кое-что сделать. Ты занят?

— Что у тебя на уме?

— Я хочу увидеть тетушку Тру.

— С этим может быть проблема. Это к слову о яйцах.

Машина ждала там, где ожидала ее увидеть Крис. Рядом с машиной обнаружился новый агент. Крис его видела за спиной старшего брата Хонови на приеме. Лобовое стекло забрызгано разбитыми яйцами.

— Мимо пробежала толпа детишек, — объяснил он на вопросительный взгляд Харви, медленно отдирая от бокового стекла наклейку с надписью: «ЗЕМЛЯ — ДЕРЖИ СВОИХ БАНДИТОВ У СЕБЯ ДОМА».

Крис попробовала силы, отодрав еще одну наклейку: «РАВНЫЕ НАЛОГИ». Томми снял еще одну: «ЧЕЛОВЕЧЕСТВО — БЕЗ ГРАНИЦ». Харви, обойдя водителя, зарычал и снял наклейку: «ПОМНИ МАЛЕНЬКУЮ ЭДИТ».

— Неужели я слышу некий ура-патриотизм? — спросил Томми.

Это был уже не шуточный вопрос.

— Похоже, оппозиция выдвинула свои лозунги. Доктор Мид говорил, что хороший лозунг в начале войны может быть более опасным, чем люди с жаждой убийства.

— Возможно, — Харви только пожал плечами и завел машину. Дворники изо всех сил пытались очистить лобовое стекло от разбитых яиц.

Когда автомобиль влился в поток машин, Крис подалась вперед, чтобы оказаться поближе к Харви.

— Я так понимаю, проблема с тетушкой Тру не только в том, что папа не хочет, чтобы я ее видела.

— Точно. Чувства накаляются, ежедневные протесты то против этого, то против того. Потом еще есть новостные шпионы, ищущие любую грязь, чтобы запустить по всем новостям. Они на этом делают мгновенные деньги. В любом случае наш дом окружен. Как и дом Тру. Я оставил за собой кровавый хвост, когда поехал забрать тебя.

— Они все еще там, — сказал агент и повернулся на сиденье так, чтобы оказаться лицом к сидящим сзади. — Кстати, мэм, я Джек. Ваш сопровождающий, когда вы будете покидать территорию дома.

— Чертовски маловероятно, Джек, — огрызнулась Крис, откидываясь на спинку сиденья.

— Вы обнаружите, что иметь меня рядом весьма удобно.

— За прошедший месяц меня пытались убить три раза. Пока счет три-ноль в мою пользу. Мне не нужна помощь.

— Им всего лишь нужно, чтобы хотя бы один раз повезло, и они станут победителями, — мягко заметил Джек.

— Ты шпионишь для премьер-министра?

— Я так понимаю, ваш отец не хочет, чтобы вы встречались с Тру. Вы намереваетесь повидаться с ней, что бы ни произошло и считаете эту встречу важнее, чем ваша же безопасность.

— Я считаю, что встреча с ней, черт возьми, защитит меня лучше тебя, болтающегося рядом и рассказывающего премьер-министру, чем я занимаюсь.

— Теперь я большая девочка, так что отстань и оставь меня в покое, — перевел Джек слова Крис.

— Боже, они на самом деле приставили к нам понимающего простой английский, — притворно удивилась Крис.

— Слушайте, в мою задачу входит сообщать, что вы вошли, вышли, а я был с вами. Скажем, форма Космофлота, которую вы носите. Вы отдаете приказ и ждете, что его исполнят. Сколько проблем вы хотите создать между мной и тем парнем, который отдает мне приказы?

— Хорошая попытка, Джек, — фыркнул Томми, — но ты давненько не был рядом с Лонгнайф, не так ли? Им наплевать на проблемы, которые по их милости появляются у нас, маленьких людей.

Крис бросила на Томми хмурый взгляд. С другой стороны стало понятно: заслужила. Вздохнув, Крис сдалась.

— Посмотрю, что можно сделать, чтобы помочь тебе и твоему боссу оставаться счастливыми. Как бы ты это назвал, Томми? Покаянием за то, как я относилась к полковнику Хэнкоку?

— Скажу больше: за то, как ты обращаешься со мной. И я поверю только когда увижу, — сказал он, скрестив руки на груди.

Десять минут спустя Крис пробормотала:

— Мне может понадобиться небольшая помощь, чтобы вырваться из этого места.

Машина как раз въезжала во двор Дома Нуу. У ворот космопехи проверили документы, еще один отряд патрулировал периметр. Должен был патрулировать. На той стороне дороги припарковались пять новостных фургонов. Все щеголяли спутниковыми антеннами, ловящими сигналы со всей площади дома. Крис заметила шесть репортерских дронов, следящих за машиной.

— Еще они снимают на камеры в машинах, — сказал Джек прежде, чем Крис задала вопрос. — Но если на самом деле хотите выбраться отсюда незаметно, я могу помочь. Почешете мне спинку и все такое.

— Думаю, на этом и остановимся. У тебя есть спортивный костюм?

— Да, если готовы надеть толстовку с логотипом Вардхейвена. Я вам подарю, — сказал Джек и заговорщицки подмигнул Харви.

— Дядя Харви, ты тут разные истории обо мне рассказывал?

— Если наденешь толстовку, способную остановить трехмиллиметровый дротик с двадцати шагов, да, ты чертовски права, я еще и не такое расскажу.

— У вас, случайно, лишней такой толстовочки не найдется? — сглотнул Томми.

— Со старым добрым логотипом Санта-Марии, — улыбнулся Джек.

Через час Крис облачилась в спортивные шорты и толстовку с пуленепробиваемой подкладкой. Вместе с Томми и Джеком пробежала два круга вдоль покрытой плющом стены, потом добежала до особого местечка, когда Джек проворчал:

— Ладно, ребята, давайте убираться отсюда, — и провел всех через убежище, о котором, как думала Крис, никто не знает.

— И как давно вы о нем знаете? — потребовала ответа Крис минуту спустя, когда троица с небрежностью отошла подальше от каменного забора.

— Наверное, с тех пор, как твоя прабабушка, будучи еще девчонкой, оплатила установку калитки.

— Нуу тогда политикой не занимались, — возразила Крис.

— У них были деньги, а в политике такой штуки, как деньги, не бывает, — напомнил Джек, в этот момент очень похожий на профессора политологии. Крис себя знала и знала, что проиграет любой спор на эту тему, едва в него вступит.

— Нелли, поймай такси.

Через две минуты они отправились в Скрипториум, единственное место, которое Крис могла назвать тетушки Тру не называя не делая конкретных привязок к местности. Тетушка, похоже, тоже неохотно доверяла сети. Джек выбрал место в слабо освещенном уголке, обычно его занимали молодые, беспокойные и влюбленные, но сейчас утро только в разгаре, а потому места свободны. Крис с Джеком уселись спиной к стене. Томми нахмурился и уселся на стул между Крис и входом.

— Что-то не так? — спросила она.

— Не нравится, когда сижу спиной к стороне, откуда стреляют, — сказал Томми, оглядываясь через плечо.

— Не суетись и не оглядывайся, — резко сказал Джек. — Не волнуйся, я слежу. Самое большое о чем нам нужно беспокоиться, так только о прицелах новостных камер. Только небеса знают, почему.

— А небеса знают, почему не используют оружие? — спросила Крис.

— Сомневаюсь, что сегодня нужно беспокоиться о выстрелах. Политика премьер-министра не настолько спорная, — сказал Джек, очевидно, не подозревая, что Крис не шутит о трех покушениях на ее жизнь. Крис решила было ввести Джека в курс дела, но тот продолжал говорить, и слушать его было интересно.

— Сейчас никто не уверен в том, что происходит. Люди с большим количеством денег не очень хорошо относятся к такому положению. Они хотят точно знать, в какую сторону прыгать прежде, чем что-то произойдет. Но ты об этом знала еще когда сидела на отцовских коленках.

— И некоторые из них хотят получить возможность давить пальцем на ту или иную чашу весов, которые решают, в какую сторону прыгать.

— Ты эксперт в таких делах, — агент пожал плечами.

Когда подошел официант, Крис заказала всем безалкогольные напитки. Кстати, официант оказался тем же парнем, кто обслуживал их при последнем посещении и сейчас не заострил на них особого внимания. Тетушка Тру появилась, когда напитки были выпиты, заняла свободный стул, отодвинув его в сторону, чтобы Джек мог беспрепятственно наблюдать за входом. В брюках и толстовке с логотипом университета, устаревшего лет на двадцать, она выглядела идеальным старым профессором.

— Рада тебя видеть, — сказала Крис. — Занималась чем-то интересным? Наверное, хорошо вернуться туда, где светит солнце.

— Точно. А занималась я разными делами, так что времени следить за тем, чем ты занимаешься, не было. Я к тому, что к чему эта встреча?

Крис захотелось выкрикнуть ей про Олимпию и смерть Вилли, про всех убитых гражданских. Тем не менее, если по справедливости, стоит признать, что ее личная борьба на мокрой, грязной планете едва сравнится со всем человечеством, в этот самый момент выбирающим сторону и решающим, идти ли разными путями с миром или решить тот же вопрос долгой, кровопролитной войной. Крис вытащила из кармана две склянки от вакцины, поставила на стол и подвинула ближе к тетушке Тру. Та подхватила склянки, подняла, рассматривая на свету, и нахмурилась

— Что это? — спросила Крис у тетушки.

— Очевидно, не совсем то, что написано на этикетке.

— Нет. Пятьдесят тысяч трансформируемых лодок из жидкого металла сошли с конвейера. Те шесть штук, которым повезло попасть на мое маленькое шоу, единственные на сегодняшний день, у которых появилась особая тенденция при третьей трансформации превращаться в обычную жидкость. Это образцы того, что мгновение назад представляло собой лодку весом в тысячу фунтов, а в следующее — кучу металлических капель, растекшихся в лужицу.

— Все равно, что оставить тебя посреди реки без весла и лодки, — сказала тетушка.

— Худшим способом в худшее время, — сухо согласилась Крис.

— Попытка убийства номер два, — сказала тетушка, и Джек вздрогнул, кинув взгляд на Крис.

Да, дорогой папаша рассказал ему ровно столько, сколько помещается в ограниченном доказательствами понимании премьер-министра.

— Нет, наверное, уже номер три. За день до того мой кабинет разнесла ракета. Меня там не было, я обедала с твоим заклятым другом, Хэнком Смит-Петервальд. Заканчивается имя циферкой тринадцать. Он спас мне жизнь, Тру.

— Есть идеи, кто запустил ракету? — с сомнением поинтересовалась тетушка.

— За день до того я прикончила нескольких полевых командиров местных банд.

— Получается, ракета, скорее всего, была реакцией местных на местные же дела, — произнесла тетушка и Крис кивнула. — А что Хэнк делал на Олимпии?

— Доставил гуманитарную помощь. Продукты питания. И тридцать грузовиков, в которых мы так отчаянно нуждались.

— Он же и лодки привез? — спросила тетушка, вертя в ладони обе склянки.

— Шесть штук. Три превратились вот в это, — Крис кивнула на склянки, — три отныне вечно изображают из себя мосты.

Тетушка спрятала склянки в карман.

— Большинство лабораторий, наверняка, тебе ничего не скажут. Я знаю парочку таких, которые могут. Было бы неплохо взглянуть на те лодки, которые стали считать себя мостами.

— Нелли, — вслух сказала Крис. — Приобрети дюжину жидкометаллических лодок из разных источников на Вардхейвене. Отправь их на Олимпию. И попроси полковника Хэнкока принять их в обмен на те три, что используются в качестве мостов. Нам нужно их проанализировать, — Крис мгновение помолчала, потом обратилась к тетушке Тру: — Хочешь, поспорим, что эти три успеют превратиться в лужи прежде, чем попадут в лабораторию?

— Найми команду, пусть сопровождают новые лодки, заодно будешь уверена, что старые вернутся в нужном виде. Попрошу Сэма передать Нелли номер порядочного агентства.

— Чего я не могу понять, почему? — Крис позволила себе поразмышлять вслух. — Я имею в виду, попытка убить меня при спасении девочки на Секуиме, могла бы поднять половину миров Кольца с оружием в руках против Земли. Но утони я во время спасательной операции на Олимпии? Какой политической цели послужил бы этот случай?

Тетушка только головой покачала.

— Иногда мне интересно, что вы, Лонгнайф, способны еще учудить. Дорогая, твой отец, дедушки Троубл и Рэй увязли по самые лысины, только чтобы удержать хотя бы часть Сообщества. Стоит тебе добавить к их грузу свое горе, как они начнут делать ошибки, которые вряд ли сделают при иных обстоятельствах.

Крис, слушая тетушку, попыталась представить отца, расстроенного ее смертью. Картинка не вырисовалась. Потом она подумала о всех тех изменениях, что прошли в семье после смерти Эдди. Его смерть сильно отразилась и на маме, и на папе. Отразится ли так же сильно на них ее гибель?

Все может быть.

— Я об этом подумаю, — сказала она. — Что тут у нас происходит? Собираемся воевать?

Тру моргнула от внезапного изменения темы. Протерла глаза. Сейчас, впервые в жизни, Крис поняла, насколько тетушка старая. Очень старая. Ей, наверное, уже за сто и прошедшие годы вряд ли были нежными.

— Надеюсь, нет, — наконец прошептала Тру. — Война принесет мало пользы.

— А кто-то думает, что она может принести пользу?

— Старые пердуны, прошедшие через одну войну и забывшие, на что она похожа. Герои с новыми лицами, уставшие работать и не знающие, каково настоящее лицо войны.

Крис скривилась, вспомнив своего героя. Но он был просто пацаном… и теперь не вырастет никогда, чтобы научиться чему-то другому, кроме как воевать.

Тру посмотрела на Крис, кажется, оценивая ее гримасу какой-то божественной шкалой и поделилась с ней усталой улыбкой.

— С тех пор, как я видела тебя последний раз, ты выросла.

— Постарела, — поправила Крис.

Тру кивнула.

— Естественно, есть психопаты, желающие стать императорами всего человечества по причинам, понятным лишь психиатрам. Среди таких папаша и дедушка твоего друга Хэнка. Они формируют свой альянс из пятидесяти планет с центром на Гринфильде. У Земли сорок или около того планет, что останутся с ней. Твой отец рассчитывает от шестидесяти до ста миров, которые останутся с Вардхейвеном. Другие осматриваются… пытаются выяснить, к кому им присоединяться и вообще, нужно ли им это.

— Нужно ли? — переспросила Крис.

— У «Петервальд Гринфильд Групп» вложения во многих мирах и они чертовски сильно на них давят. У их планеты довольно хорошая коллекция военных кораблей. Они первыми вытащили корабли из флота Сообщества. Люди на географию по-разному смотрят. Короткие пути для торговли могут превратиться в быстрые пути для вторжения. Взять ту же катастрофу на Олимпии. Сорок семь планет в одном прыжке оттуда. Почти сто пятьдесят в двух прыжках. Четверть занимаемого человечеством пространства можно защитить размещенным там флотом… или использовать для вторжения. Как думаешь, почему Вардхейвен так быстро проявил интерес, как только ты попала в беду?

— Приступ человечности? — предположил Томми.

— Правильно. Хочешь угадать, кто скупил все те фермы на Олимпии? Петервальд и партнеры.

— Очень интересно. Ты спасла меня от поисков, — сказала Крис. — Есть еще что-нибудь новенькое?

— Возможно. Кажется, один из кораблей Смит-Петервальд посетил Олимпию пару лет назад. По данным станции управления на орбите Олимпии, он улетел неделю спустя. И больше никаких записей о появлении этого корабля хоть где-нибудь за целый год. В системе Олимпии есть пояс астероидов. Как думаешь, сколько времени потребуется вывести один из них на траекторию столкновения с Олимпией? Что послужило причинной взрыва вулкана, разрушившего перспективную экономику планеты?

— Можешь проверить, — сказала Крис. — В остатках жидкого металла есть грязь. Посмотри, есть ли там астероидная пыль. Если этого будет недостаточно, у меня есть небольшая банка в моей вещевой сумке.

— Сударыня, — засияла Тру, — ты стала параноиком.

— Заразилась от окружающих, — Крис поднялась. — Нелли, закажи такси. Я хочу увидеться с дедушкой Алексом.

— Увидеться с ним сложнее, чем с премьер-министром, — покачала головой Тру.

— Подозреваю, что так, но мне нужны ответы, а старый, тихий Эл единственный, кто может знать на них ответы. Джек, готов защитить меня от высокооплачиваемых частных охранников?

— Похоже, мне недоплачивают, — скривился тот.

— Может, я пойду прямиком домой? — пискнул Томми. — Напоминаю, я не люблю оружие. И не люблю обедов в сильными мира сего. Я — простой деревенский парень с Санта-Марии.

— Брось, энсин, давай прогуляемся, — начала Крис и резко застыла, вспомнив небольшой разговор с полковником Хэнкоком, когда ехали в машине. — Томми, если на самом деле не хочешь туда идти, можешь не идти.

— Женщина, — Томми дотронулся до ее лба ладонью, — ты заболела?

— Нет, просто вспомнила слова полковника Хэнкока. Иногда я слишком много думаю о том, чего хочу и слишком мало о том, что нужно другим.

— Боже мой, — тетушка Тру поднялась, уставилась на Крис сначала одним глазом, потом, как хищная птица, другим. — Неужели ты выросла, девочка? Ты начинаешь говорить, как взрослая. Будь с этим осторожна. Если начнешь учитывать потребности других людей, не сможешь пойти по стопам отца. Если подумать, не уверена, кто из твоих предков страдал от этого недуга. У некоторых было спасительное изящество: они могли вытягивать шею на несколько миллиметров дальше, чем те, которые просто расталкивали близнаходящихся.

Крис только отмахнулась от такой театральности.

— Наверное, на покрытой грязью Олимпии я приобрела немного смирения.

— Нет, — сурово покачала головой Тру. — Больше похоже на мудрость. Ужасный груз для одного из твоих обделенных воспитанников. Однако… — Тру усмехнулась на все тридцать два зуба, — раз решилась отправиться на встречу с дедушкой, не думаю, что приобрела слишком много, чтобы испортить все веселье. А теперь извини, мне нужно заткнуть пару дырок в одной большой и сложной головоломке.

— Такси у выхода, — сообщила Нелли.

— Ну, Джек, пора и нам с тобой.

— И мне, — добавил Томми.

— Я думала, ты хотел слинять.

— Эй, парень имеет право сказать что-то умное, даже если у него не хватает ума сделать это самое умное, хорошо?

Через полчаса такси подвезло их к Башне Лонгнайф. Чтобы добраться до главного входа, пришлось пройти три контрольно-пропускных пункта. Первые два прошли, показав удостоверения личности, третье же только из-за немалой доли привилегированных акций «Нуу Энтерпрайз», которыми владела Крис.

На самом деле башня представляла собой два небоскреба, соединенных понизу двориками с ресторанами и различными службами для тех, кто жил и работал в этих зданиях. Крис слышала, что дедушка не покидал башни почти десять лет. Вранье, конечно же, потому что он регулярно лично посещает заводы на орбите. И все же, активность он проявляет нерегулярно, хоть и постоянно, так что следить за ним так же трудно, как за каким-нибудь шпионом. Раньше Крис объясняла это эксцентричностью и старостью. В последнее время подозревала, что эксцентричность может быть последствием старости.

Под огромным информационным указателем расположился пункт охраны с камерами и полудюжиной мужчин в одинаковых зеленых пиджаках. Когда Крис провела мужчин через автоматическую дверь, один из них встрепенулся и со словами «Могу ли я чем помочь?», попытался догнать группу.

Крис проигнорировала улыбку и предложение помощи и быстро пошла к лифтам. Она нацелилась на дальний. Вошла, встала в центре, предоставив возможность Джеку и Томми устроиться по сторонам и чуть позади.

— Этаж два-четыре-два, — приказала она.

— Слушаюсь, мэм, — ответил голос лифта.

Охранник уже бежал, спеша добраться до того, как двери лифта закроются. Закрывающие створки остановились на полпути и вновь открылись.

— Твой приказ отменен, — сказала Нелли.

— Отмени отмену, — приказала Крис.

Двери закрылись за секунду до того, как испуганный охранник успел просунуть между створками руку. Крис обернулась проверить, что там с парнями. Глаза Томми были уже не такими большими, когда его впервые лично представляли большим людям. Джек, кажется, растерялся, пытаясь вытащить из кармана шорт удостоверение личности и значок службы безопасности. Хорошо.

Двери лифта открылись на двести сорок втором этаже. Крис вышла, сопровождаемая крошечным эскортом.

Толстовка и спортивные шорты дали возможность им не отличаться от других в студенческом городке. Среди строгих костюмов-троек эффект оказался совершенно противоположным. Разговор резко прекратился, народ уставился на вошедших, но положительным моментом стало то, что люди расступались, пропуская компанию. Они прошли через двойные прозрачные двери в довольно большой кабинет ожидания со стульями, диванами и даже небольшими конференц-залами вдоль стены. Как только вошли, секретарь тут же уставилась на них.

— Могу чем-нибудь помочь? — спросила женщина с профессиональной улыбкой на лице.

— Я Крис Лонгнайф и хочу увидеться с дедушкой, — не замедляя шага, сказала Крис.

— Вам назначено? — поинтересовалась секретарша.

— Нет, — сказала Крис, направляясь прямиком к двойным деревянным дверям рядом с ней.

— Вы не пройдете дальше, — крикнула женщина, вскочив с кресла, но не успела. Крис оказалась у дверей прежде, чем та успела выбраться из-за стола.

— Пройду, — сказала Крис и, толкнув дверь, оказалась еще в одном кабинете. Секретарем здесь работал уже мужчина, огромный, и он уже стоял на ногах.

— Мне нужно подтверждение вашей личности.

Разумно. Крис подошла к его столу, положила ладонь на стеклянную панель и посмотрела в глазок камеры, зависшей над столом. Закончив с формальностью, она отступила в сторону, чтобы Томми с Джеком смогли сделать то же самое. Когда все трое нарушителей спокойствия замерли в ожидании, когда подтвердятся личности, мужчина уселся в кресло.

Воспользовавшись моментом, Крис провела группу вторжения мимо стола к двери, которую мужчина и охранял.

— Вы туда не войдете до тех пор, пока я не проверю ваши личности, — предупредил он.

— И, наверное, через месяц после этого, — сказала Крис, захлопывая за собой дверь.

Следующий кабинет оказался намного просторнее предыдущих двух вместе взятых. Ковер такой же глубокий, как грязь на Олимпии. Стены обиты деревянными панелями. Чуть в стороне несколько стульев расставлены вокруг голографического японского садика и крохотного водопада — поправка: вокруг настоящего японского садика и крохотного водопада. В кабинете пахло богатством и властью.

Прямо напротив Крис за столом, сделанном из цельной каменной плиты, сидела пожилая женщина. По обе стороны стола стояли двое мужчин в одинаковых темно-синих костюмах. Оба в стандартной стойке, держат пистолеты обеими руками направленными на Крис.

— Ни шага дальше, — сказал вооруженный мужчина справа.

Крис решила, что на этот раз нужно делать то, что говорят вооруженные мужчины, целившиеся в нее. Она остановилась.

— Я подниму левую руку, — медленно произнес Джек. Слова тихие, но жесткие, как у наемных убийц, которые говорят самые отвратительные вещи самым наиприятнейшим способом. — Вытащу значок и удостоверение.

— Медленно, — кивнул мужчина слева.

Крис попыталась держать себя беспечно, хотя внутри все просто заморозилось. С вооруженным противником гораздо легче встречаться, когда в твоих руках М-6. Но она здесь не для того, чтобы с боем прорываться дальше. Она стояла в надежде, что нужные слова найдутся и тогда этот мачо-ритуал закончится.

— Я агент Джек Монтойя, секретная служба Вардхейвена, назначенный охранять семью премьер-министра. Это Крис Лонгнайф, его дочь. Вы нарушаете пункт 2CFR, раздел 204.333, где говорится, что в присутствии агента секретной службы вооруженным находиться нельзя. Попрошу только один раз спрятать оружие.

— Я старший частный агент Ричард Дрезден из агентства «Пинкертон», подразделение «Вардхейвен». Вы нарушаете закон 92-1324 от 2318 года, пересмотренный в 2422 году, с целью посягательства на личную собственность. В соответствии с подразделом 2.16.12 закона официально заявляю, что при защите собственности может применяться огонь на поражение. Вы предупреждены. Теперь же убирайтесь.

— Думаю, именно поэтому у вас тут так мало семейных посиделок, — сказал Томми.

— Да, — согласилась Крис. — К тому времени, как телохранители заканчивают кидаться юридическими полномочиями, картофельный салат становится прогорклым, а дневного света для игры в бейсбол уже не хватает.

— Почему бы тебе в следующий раз не заглянуть на Санта-Марию к Лиенам? Я покажу тебе, как у нас принимают гостей.

— Ловлю тебя на слове.

Крис заметила, что их полушутливое общение не вызвало ни тени улыбки ни у вооруженных мужчин, ни у секретарши. Есть такая штука, как профессионализм. Все, хватит.

— Дедушка Эл, — крикнула Крис. — Это твоя внучка. Ты знаешь, что это я. А если не уверен, у того парня в предыдущем кабинете было достаточно времени, чтобы проверить мой геном. Как долго ты собираешься заставлять меня ждать здесь?

— А почему у вас, сударыня, вдруг возникла необходимость поговорить с дедушкой? — спросила секретарша.

— Дедушка, не думаю, что ты хочешь, чтобы я кричала на всю округу, почему вдруг двадцатидвухлетняя женщина почувствовала необходимость узнать о том, что происходит в ее семье и о скелетах, которые ты продолжаешь хранить в своем шкафу.

Слева от секретарши открылась дверь. Оттуда вышел седой мужчина в костюме, ростом под два метра, что объясняет высокий рост Крис.

— Господа, можете убрать пистолеты, — охранники быстро попрятали оружие. Мужчина вернулся в свой кабинет. — Мы сможем обсудить вопрос немного позже, — сказал седой человек мужчине и женщине, вышедших из кабинета и исчезнувших за дверью слева от Крис. — Хорошо, сударыня, тебе удалось прервать мой деловой день. Проходи и скажи свое слово.

— Сэр, — вежливо сказал Джек, — я должен изучить помещение, в котором мой клиент собирается остаться наедине с другим человеком.

— За которого не поручится ваша система? Ты серьезно думаешь, что мой офис не самое безопасное место на этой планете?

— Для вас, да, сэр, а для нее?.. — Джек оставил вопрос без ответа.

— Ох уж это правительство, — сплюнул дедушка. — Делай, что должен.

Джек рванул к кабинету, в руках появились приборы, Крис даже не подозревала, что их можно спрятать в шортах и под пуленепробиваемой толстовкой так, что и не заметишь. Старший из «Пинкертонов» отправился вслед за Джеком. Через минуту оба вышли обратно.

— Личная рабочая станция на столе и записывающие устройства во всех четырех углах кабинета, — сказал он для Крис, но обращался к дедушке Элу.

— Мне нужно будет приказать персональному компьютеру сделать полную стенограмму встречи? — поинтересовалась Крис.

Дедушка нахмурился.

— Выключить систему безопасности и ведение записи. Альфа, альфа, зет, сорок, одиннадцать. Теперь ты счастлива, сударыня?

— Знаешь ведь сам, дедушка, чтобы сделать Лонгнайф счастливым, нужно нечто большее, — улыбнулась Крис и вошла в дедушкин кабинет. Он оказался большим. Стеклянные стены с двух сторон открывают великолепный вид на Вардхейвен, лучше, чем с пентхауса тетушки Тру. Однако сам кабинет выглядит серым: серый ковер, серые стены, серый мраморный стол. Даже диван и стулья вокруг серого кофейного столика отличаются лишь разными оттенками серого. И пахнет в кабинете так же серо. Если воздух где и может быть лишен запаха, так это в этом кабинете. Дедушка Эл направился к столу и оказался счастливым только когда тот оказался между ним и Крис. Отличные семейные отношения.

— Так чего же ты хочешь?

— Дедушка, прошло десять, если не двенадцать лет с тех пор, когда мы виделись последний раз. Разве ты не хочешь поинтересоваться, как я?

— Компьютер, — рыкнул дедушка, — как чувствует себя Крис Лонгнайф?

— Кристин Энн Лонгнайф больше не находится на лечении. Последний визит к врачу включал полный физический осмотр во время подачи заявки на комиссию при вступлении в Космический флот. Медицинский осмотр прошла благополучно. Последняя медицинская проблема была связана с мозольным волдырем в школе кандидатов в офицеры.

— Как видишь, я знаю, как ты себя чувствуешь, так что давай больше не будем об этом. Чего ты хочешь? Давай не будем тратить мое время.

Ты не знаешь даже половины меня, — хотела сказать Крис.

— Кто хочет меня убить? — вместо этого напрямую спросила она.

От неожиданности дедушка Эл дважды моргнул.

— Компьютер, были ли покушения на жизнь Крис Лонгнайф?

— Нет, сэр.

— Три, сэр, — поправила компьютер Крис. — С одним из них я неплохо справилась. Два других меня озадачили. Зачем кому-то меня убивать?

Дедушка повернулся в кресле и уставился на Вардхейвен.

— Это дело, кажется, у тебя под более надежным контролем, чем у меня. Что говорит полиция?

Крис подошла к столу и оперлась обеими руками о холодную мраморную столешницу. Как будто она была вырезана из всего того внимания, что давал Крис дедушка за все это время.

— Полиция здесь не участвует.

Вот это привлекло его внимание. Он посмотрел на Крис.

— Почему?

— Потому что нет никаких доказательств, что покушения имели место. Отец говорит, что, раз нет доказательств, значит, ничего и не было.

— Твой отец еще та лошадиная задница.

— Его чувства к тебе взаимны, сэр.

Дедушка фыркнул, но посмотрел на Крис серым, напряженным и требовательным взглядом.

— Что заставляет тебя думать, что кто-то пытается тебя убить?

Крис села в кресло и быстро рассказала о спасательной миссии. Пока рассказывала, дедушка все сильнее хмурился.

— Получается, куча хлама позволила тебе избежать ловушки.

— Да. Я пыталась поговорить с папой о некачественном материале в Космофлоте, но, поскольку единственная некачественная вещь спасла мне жизнь, мои аргументы, вроде как, сыграли против.

Дедушка хохотнул, но в следующую секунду снова стал серьезным.

— Почему ты уверена, что этой цели не преследовало минное поле?

— Я захватила компьютер главаря, а Тру Сейд в нем покопалась. Она нашла сообщение, в котором говорилось, что корабль, который они хотели, взялся за выполнение миссии и что пора готовить встречу.

— Как они могли знать, каким образом готовить эту самую встречу?

— Я посмотрела последние семь спасательных миссий, выполненных Космофлотом. Все они включали ночной прыжок прямиком к входной двери плохих парней. Мой капитан хотел установить какой-то рекорд, взяв бандитов в кратчайшее время и без единого выстрела. Думаю, во время такого длительного мирного времени Космофлот стал немного предсказуемым, так что меня подставили.

— Разумный вывод. Что со второй попыткой?

Крис рассказала о миссии к ранчо Андерсона и о том, как распалась в пыль лодка.

— У Тру есть образцы, которые мне удалось собрать с рассыпавшейся лодки. Она их проверит в лаборатории, которой доверяет.

— Могло выглядеть обычным несчастным случаем. Жидкий металл — штука довольно новая. Мои заводы делают из него космические корабли всего лишь пять лет. Лодки же всего лишь трата высоких технологий.

— Из пятидесяти тысяч сделанных, только шесть, попавших в мои руки оказались с таким небольшим дефектом.

Это заявление заставило дедушку выпрямиться.

— Кто предоставил тебе эти лодки?

— Смит-Петервальд.

— Смит-Петервальд, — повторил дедушка.

— Смит-Петервальд, — кивнула Крис. — Связь на ранчо Андерсона была не со всеми. Яхта Петервальд удачно зависла над ними, так я получила сигнал бедствия с ранчо Андерсона. Яхта не покидала орбиту до тех пор, пока я добиралась по реке до места, при этом мне пришлось на ходу менять конфигурацию лодки.

— И в следующий раз, как ты это сделала?..

— Она рассыпалась, — Крис щелкнула пальцами.

— Петервальд, — прорычал дедушка, вскочив со стула.

— К кому ты пошел за деньгами, когда похитили Эдди?

Вопрос Крис остановил дедушку. Он упал обратно в кресло. Взмахнув рукой, охватывая все, что находится за окном, сказал:

— Зачем мне к кому-то идти за деньгами?

— Богатство — это одно, свободные активы — другое. Я читала отчеты. Ваши с папой деньги были в оффшоре. Твой брат Эрни вложил в корпорацию значительные средства, направив их на развитие новых планет, расширение и рост. Не думаю, что он мог поделиться деньгами, так нужными в тот момент папе.

— Не имеет значения. Эдвард был мертв до того, как мы получили записку о выкупе.

— Но тогда вы с папой этого не знали. Не думаю, что люди, организовавшие похищение Эдди догадывались, что их подставили.

— Подставили, не наняли?

— Дедушка, если б они что-то знали, вряд ли пошли на дело, по которому им светила виселица. Похитителям не нужны были деньги. Парни на Секуиме ничего не знали. Разве что главарь был в курсе. Но у него случился сердечный приступ прежде, чем заговорил.

— Сердечный приступ, — медленно произнес дедушка.

— Как у того водителя грузовика, который сбил бабушку Сару, — бросила Крис.

Дедушка сейчас выглядел так, словно это его сбил тот грузовик.

— То был несчастный случай, — прошептал он. — Я видел несущийся на нас грузовик, но не мог сойти с места. Я пытался. Пятьдесят лет я вижу этот грузовик в своих снах. Всегда надеюсь, что успею убрать Сару с дороги. Но никогда не успеваю, — он покачал головой. — Водителю сделали вскрытие. В крови ничего не нашли, ни наркотиков, ни пива, ни чего другого.

— Дедушка, образец крови взяли только через два часа после того, как все произошло. Даже если у него в крови был наркотик, он за это время мог исчезнуть.

— А Петервальд всегда знали в толк наркотиках, — вздохнул дедушка. — Смит-Петервальд Одиннадцатый посещал Вардхейвен в то время, когда похитили твоего братишку. Знаешь ведь, что его сын ходил в одну школу с твоим отцом. Даже встречался с твоей матерью.

— Она не позволяет нам об этом забыть. Настаивает, чтобы я познакомилась с его сыном.

Дедушка поморщился.

— Деньги мне предложил Петервальд. Сказал, что детали мы можем обсудить позже. Потом полиция нашла ферму и навозную кучу с торчащей из нее неработающей воздушной трубой. Деньги мне так и не понадобились. Вот тогда я и ушел из правительства. Ты слишком явная мишень. Я ушел из правительства уверенный, что у меня всегда будут деньги, чтобы делать то, что мне нужно и делать это быстро. Достаточно денег, чтобы построить вокруг себя стену, через которую никто не прорвется. Сыну я тоже посоветовал уйти из политики. Только этот идиот на все наплевал и побежал занимать мое место.

— Так ты думаешь, за всем этим стоят Петервальд?

— Между ними и моим отцом было достаточно ссор. Рэй может быть великим генералом и великим президентом, но каждый раз, как он разворачивался, наступал на Петервальд. Закрыл пару планет, в которые они хорошенько вложились, когда те вышли за пределы сферы развития, установленные Вардхейвенским договором. Если верить слухам, прикрыл их лавочку по торговле наркотиками.

— Ты веришь в это?

— Рэй полагал, что покончит с Петервальд. Как сказал бы твой отец, раз невозможно доказать в суде, значит этого не было.

— Я немного устала от того, что на меня покушаются и никто ничего не делает, потому что это невозможно доказать в суде, дедушка.

— Просто держись подальше от Петервальд.

— Сложно. Мне приходится идти туда, куда посылает Космофлот.

— Подай в отставку. Приходи и работай на меня в этой башне. В пределах двадцати километров от этого места ничего не движется без того, чтобы я не знал и не одобрил. Я создал себе крепость из людей, верящих в то, что я делаю, они умрут за меня. Что есть у тебя?

— Джек. До тех пор, пока снова не призовут на службу.

— Здесь ты будешь в безопасности. Мы даже детей отправляем на экскурсии по маршрутам, разработанным за пять минут до выезда и под хорошей вооруженной охраной. Нет лучшего места для воспитания детей, нежели здесь.

— Звучит хорошо, но у меня пока нет детей. Когда будут, я, наверное, подумаю об этом.

— Ты должна жить долго.

— Я именно так и собираюсь, дедушка.

Загудел компьютер на столе.

— Крис, — тихо сказала Нелли, — извиняюсь, что прерываю, но Земля только что объявила, что отправляет большой флот к Вардхейвену.

— Что? — прозвучало одновременно с обоих сторон стола. — Похоже, мне уже поздно подавать в отставку.

— Боже, неужели Земля сошла с ума? Земной флот уже здесь, в Кольце, это же почти война.

— Я думала, бизнес хочет войны, по крайней мере, разрыва, — подтолкнула Крис дедушку с интересом, что тот скажет.

— П-ф-ф, — дедушка Эл впился взглядом в Крис, словно та только что завалила экзамен для первоклашек. — Земля — мой крупнейший торговый партнер. Зачем мне таможня между мной и этим рынком? Война просто портит весь мой бизнес-план. Ни один здравомыслящий бизнесмен не хочет войны.

— Судя по официальному сообщению с Земли, — прервала Нелли, — флот прибывает на Вардхейвен для участия вместе с приграничными мирами в официальном роспуске Человеческого Сообщества.

— Не нужен целый боевой флот, чтобы спустить флаг, — покачал головой дедушка. — Я знаю, что на Земле есть типы, боящиеся того, что наши пионеры-первопроходцы забредут глубже в галактику. Найдут ли они там преимущество для нас? Готова ли Земля использовать силу, чтобы удержать нас в Сообществе?

— Но это же обычная фракция, такая же, как наша «Экспансия без границ». Они не могут командовать всем этим. Флот не должен стать таким, каким они хотят.

— Что бы ни говорила Земля, — дедушка покачал головой, — она не права.

— Извините, что снова прерываю, — вмешалась Нелли. — Весь персонал Космофлота отзывается на службу.

— Спасибо, Нелли, — сказала Крис и посмотрела на дедушку. — Вот только на чью службу.

Назад