Назад
Майк Шеферд. Дезертир

Глава 25

— Хватайтесь за что-нибудь! — крикнула Крис, увидев, что в двигатели попало больше плазмы, чем ей хотелось.

Сейчас не время взрывать реактор таким количеством плазмы, поэтому она направила туда поток холодной реакционной массы и с облегчением увидела, как критическая температура ядра падает ниже термоядерного синтеза. Нужно побыстрее выбираться отсюда!

Корабль… поправка — «Барбаросса», яхта Хэнка — покачнулся, заставив Джека, Эбби и Хэнка упасть на колени. Пока Крис уравновешивала температуру реактора с ускорением, пытаясь убежать от быстро расширяющегося шара обломков и газа, новоприбывшие постарались занять свободные места: Хэнк в кресле справа от Крис, Джек рядом с ним, Эбби рядом с Томми.

— Что ты вытворяешь с моим кораблем? — спросил Хэнк, пристегиваясь ремнями. В голосе проскользнуло явное чувство собственности.

— Пытаюсь опередить догоняющий нас хаос, — ответила Крис, не забыв сказать вместо «мой хаос» просто «хаос». Сейчас не время рассказывать обо всем, чем она занималась последнее время. Парни в таких делах обычно бывают легковозбудимы.

— Что произошло? — спросил Хэнк, всматриваясь в экраны.

— Наверное, какая-то промышленная авария, — как ни в чем не бывало, ответила Крис.

— А ты просто убегаешь на моем корабле.

Крис глянула на показания реактора и увеличила подачу топлива.

— Ну, она была доступна, и мне показалось, что это хорошая идея.

— Да, ее охраняло всего четыре человека. Отец предупреждал меня, что вы, Лонгнайф, наплевательски относитесь к чужим правам собственности, когда вам это нужно.

— Извини, если разочаровала, — сказала Крис, отключая главные двигатели и поворачивая корабль так, чтобы силовая установка и двигатели не находились под прямым воздействием быстро приближающейся ударной волны. В результате под ударом оказалась мостик.

— Держитесь! — крикнула Крис. Удар волны толкнул корабль так, что ремни впились в тело, попытался развернуть корабль боком, пытаясь перевернуть его. Гироскоп боролся изо всех сил, стараясь удержать равновесие. Крис тоже приложила руку, задействовав блокировку и увеличив мощность управляющих реактивных двигателей, посылая в них еще больше реактивной массы, еще больше электричества.

Корабль держался достаточно ровно… по крайней мере, старался.

Теперь пришло самое интересное. Куски станции. Обломки кораблей. Балки, стены… к счастью, Крис не обнаружила никаких тел. Крис играла в смертельную игру, пытаясь уклоняться от обломков — управляющие джеты отправляли корабль то вверх, то вправо, влево или вниз.

— Альфа, гамма, семь, семь, — забормотал, как заклинание. Хэнк, — омега, зед, эпсилон, один, девять, одиннадцать, — закончил и пульт управления перед ним ожил. — Дополнительная носовая защита.

— Что ты делаешь? — спросила Крис, наблюдая за приближающимися обломками.

— Может, я и не космофлотский офицер, но мне нравится знать о своем корабле достаточно, чтобы сохранять шкуру в целости и сохранности, когда необходимо. Яхта построена из умного металла, думаю, я только что сделал ей толще нос.

— Томми, запускай свой пульт. Соединись с пультом Хэнка, посмотрите, что можешь сделать, — приказала Крис. На «Тайфуне» обязанностями Томми была управление обороной.

— Я заблокирован, — крикнул в ответ Томми.

— Даю доступ ко всем станциям, — сказал Хэнк.

— Все, я в деле, — сказал Томми.

— Сейчас будет удар в правый борт, — крикнула Крис.

— Я работаю, — сказал Томми, чьи пальцы танцевали по пульту управления.

Корабль вздрогнул, затем застонал, когда Крис развернула его вправо.

— Повреждения?

— Чиню, — откликнулся Томми.

— Молодчина, — прошептал Хэнк.

— Неплохой корабль, — сказал Томми, давая высокую оценку рожденному в космосе. — Совсем неплохой.

— Он дорогой, между прочим, — сквозь стиснутые зубы сказал Хэнк, когда Крис резко увела яхту в сторону. Кувыркающаяся корма чужого корабля, лазерные пушки, запутанные на концах троса, скользнули по борту.

— Контролирую ситуацию, — сказал Томми прежде, чем Крис успела произнести хоть слово.

Воспользовавшись моментом, Крис развернула экран предупреждения столкновений. Все пока выглядело чисто, но ей был нужен более широкий обзор.

— Кто-нибудь следит за пультом сенсоров? — спросила она и не получила ответа.

— Мой код должен был активировать все пульты на мостике, — оглядываясь по сторонам, сказал Хэнк. — Это ведь тот пульт, за которым сидит твой человек? — он кивнул в сторону Джека.

— Для меня тут все темный лес, — проворчал Джек.

— Перевожу управление сенсорным пультом на свой, — сказала Пенни. — Да, есть сенсоры. Крис, отправляю тебе на обзорный экран.

У левого локтя Крис открылся экран. Он занял больше места, чем экран с показателями жизнеобеспечения, поэтому Крис расширила изображение. И увидела беспорядок в космосе, что и ожидала. Бросила быстрый взгляд на станцию. Толстая стена, которую она пробуравила, чтобы отправить на другую сторону нанитов, направила взрыв наружу, а не вверх или вниз. Наверняка, «Хилтон» хорошенько встряхнуло, но и отель и остальная часть нижней станции продолжали держаться за бобовый стебель. Верхний Турантик тоже, правда, парил над большим куском пустого пространства, держась за нижнюю станцию буквально несколькими кабелями.

Как и предполагала Крис, взрыв вырвался наружу. Она надеялась, что это не исчерпало ее сегодняшний запас удачи. Судя по всему, она ей еще не раз понадобится.

Сквозь разруху, к ним подбирался уцелевший крейсер.

— Пенни, есть что-нибудь от Сандфайера?

— Ничего.

— Приготовиться к повороту. Уходим отсюда, — Крис развернула корабль, выбрала нужную точку прыжка, проверила, насколько нагрелся реактор после использования боковых форсунок. Температура ей понравилась, так что стоит использовать имеющееся с пользой. — Разгон до двух g, — предупредила она команду.

— А вот и Сандфайер объявился, — сказала Пенни.

— Открой его на главном экране.

Пристегнутый к пилотскому креслу, Сандфайер уже не казался таким важным, как раньше. Крис заметила, что пристегивался он поспешно: оба ремня перекручены. На высоких g его ждут нелегкие времена. Глаза широко раскрыты, лицо раскраснелось. На лбу пульсировала жила, но слова оказались не менее требовательными.

— Сдавайся. Сбрось ускорение и приготовься к приему моей команды.

— Извини, Сандфайер, — покачала головой Крис, — я и так позволила тебе водить себя по кругу. Теперь же покидаю твою маленькую ловушку.

Сандфайер подался вперед, натягивая ремни, пытаясь приблизиться к камере, чтобы Крис получше его рассмотрела. Вена на лбу бешено билась.

— Только попробуй не выполнить мой приказ, и я вышибу тебя из космоса.

Хэнк пару раз кашлянул.

— Кэл, вообще-то это моя яхта и я нахожусь на ее борту. Ты не станешь стрелять ни в меня, ни по яхте.

Сандфайер принял тихие слова Хэнка, как пощечину. Он отпрянул назад, взгляд стал диким. Потом он улыбнулся и позволил губам сложиться в нечто, похожее на улыбку.

— Ты заложник.

— Я не заложник.

— Ты заложник этой террористки Лонгнайф. А политика Смит-Петервальд никогда не заключалась в том, чтобы вести переговоры о заложниках.

— Уверяю тебя, Кэл, может, сегодня не тот вечер, который я хотел разделить с мисс Лонгнайф, но я никоим образом не заложник. Учитывая то, что произошло на станции, возможно, она спасла мне жизнь.

— Это она ее взорвала, — закричал Сандфайер. — Это она чуть не убила тебя и убила тысячи рабочих. Спроси ее. Спроси ты ее. Эти проклятые Лонгнайф сделали это снова. Но это будет последний раз, когда кто-то из них проделывает нечто подобное.

Крис попыталась не реагировать. Она сделала все возможное, чтобы ни в чем неповинные люди не пострадали от взрыва. Все возможное. Что она может ответить Хэнку.

Но Крис интересовала Хэнка меньше, чем человек на экране.

— Кэл, тебе нужно успокоиться. Я знаю, что расширение станции было твоим проектом. Но, уверен, ты ее застраховал. Ты много работал над проектами Турантика. Не позволяй неудаче вмешаться в твой общий бизнес-план. Спиши убытки и двигайся дальше. Завтра можно заработать еще больше денег.

— Да что ты понимаешь, мелкий засранец, — выплюнул Сандфайер. Крис увидела на экране капли слюны, потом посмотрела на пульт. Ага, крейсер тоже разгонялся до двух g. И увеличила ускорение до двух с половиной.

Хэнк пару раз глубоко вздохнул, оставив слова партнера зависнуть между ними, придал своему идеальному лицу дружелюбное выражение озабоченности.

— Кэлвин, тебе нужно взять себя в руки. Я сделаю все возможное, чтобы забыть твои последние слова, но ты должен контролировать себя.

— Ты глупец, — парировал Сандфайер. — Ты же ничего не знаешь о том, что здесь происходит, не так ли? Лонгнайф, не хочешь рассказать ему, что ты только что сделала? То, что я собирался сделать, а ты влезла и все испортила? Ты ему скажешь или это сделать мне?

Крис увеличила ускорение еще на четверть g. Кто бы ни управлял вражеским крейсером, он обращал на скорость яхты больше внимания, чем Сандфайер. Что ж, настала очередь Крис глубоко вдохнуть, но Хэнк узнает все из ее уст, а не от Сандфайера.

— Боюсь, ваш мистер Сандфайер прав. Я бросила гаечный ключ в его планы… снова, — улыбнулась в экран и была вознаграждена рычанием. — На Турантике мистер Сандфайер превращал торговые корабли в боевые, снаряжал их как основной боевой флот. Принимая во внимание почти безоружный статус окружающих миров, он, как гунн Атилла, собирался отправиться завоевывать их. Сейчас же, когда флот уничтожен, армии, собранной президентом Иденкой, некуда идти. Шах и мат.

— Но у меня есть ты, — отрезал Сандфайер. — Капитан, уничтожьте этот корабль с террористами.

— Огонь, — прозвучало из динамиков, и Крис тут же повернула корабль круто вправо, разворачивая его по центру. Дикое движение отбросило Крис на ремни, но она не отрывала рук от панели ускорения, быстро притормозив до одного g, чтобы сразу после резко увеличить его до трех, когда панель атаки показала, что лазеры ушли выше и дальше.

— Он стреляет по мне, — сказал Хэнк. Шок и страх в голосе сказал, что такое для него впервые.

— Не первая его попытка добраться до меня, но он промахнулся, как и раньше, — сказала Крис, пытаясь обнадежить его.

— Бета, альфа, бета, рентген, — выплюнул Хэнк. — Не знаю, как пользоваться лазерами на этом корыте, но, уверен, среди нас найдется кто-нибудь, кто знает.

— Лазеры, — расплылась в улыбке Крис.

— Двенадцать дюймов. Полный военный импульс. Обратила внимание на размеры конденсаторов?

— Да, и некоторым нервным типам они безумно понравились, — сказала Крис.

На пульте Хэнка появился новый набор экранов.

— Как-то папа сказал, что Гринфельду когда-нибудь понадобится флот, так что вместе с яхтой мы получили и первый военный корабль.

— Пенни, готова к защите?

— Я знаю как, но нет квалификации.

— Пройдешь сегодня. Томми, ты за рулем.

— Принял руль, при необходимости делаю маневры уклонения, — сказал тот.

— На мне оружие, — пробормотала Крис, вызывая на свою панель секции датчиков и данные двух имеющихся на борту орудий. — Система управления огнем получает данные только от радара и лазерного дальномера.

— Папа говорил, что это лучшее, что мог предложить «Singer AGR», — немного защищаясь, сказал Хэнк.

— Извини, Хэнк, но если добавить гравиметр и атомный лазер, точность и дальность стрельбы улучшится, — Крис тут же ввела два новых параметра на пульт. Не имея времени запрограммировать дальнометр, попыталась произвести настройку на глазок.

— По нам снова соскучились, — сквозь зубы процедил Томми.

— Дальний залп, четверть импульса, — Крис нажала нужные кнопки. Промахнулась. Оба выстрела прошли выше и правее.

— Крис, я справлюсь с этим лучше, — сказала Нелли.

— Управление огнем берет на себя Нелли, — объявила присутствующим Крис.

— Объединяю все данные о дальности. Запуск одна восьмая импульса без изменения дальности, — тут же сказала Нелли. Крис приподняла бровь. На панели можно было выбрать минимум четверть мощности. Восьмая же часть позволит вести более быстрый и более дальний обстрел. Взгляд на экран сказал Крис, что даже Нелли потребуется много энергии для прицеливания. Первый залп прошел ближе, но все же мимо.

— Анализирую защитные шаблоны противника, — сказала Нелли.

— Томми, как у нас успехи? — просила Крис.

— У меня тут четыре шаблона, я переключаюсь между ними через разное время.

— Шаблоны были в компьютере?

— Упс. Да.

— Нелли, сделай Томми новые шаблоны.

— Передаю в систему, — сказала Нелли. — Стреляю по двойной схеме, мощность в одну восьмую импульса, — тут же оба лазера быстрым стаккато выпустили по две очереди. — Похоже, одно попадание.

Крейсер дернулся в сторону, оставляя за собой след расплавленного металла.

— Никакого льда, — изумилась Крис. — На его бортах нет льда. Он беззащитен от наших лазеров.

— Настолько все плохо? — удивился Хэнк.

— У нас, хотя бы, борта из умного металла, можем передвинуть его и сделать борт потолще. Между Сандфайером и нашими лазерами нет ничего, кроме голого корпуса. Нелли, вычислила его шаблоны?

— После первого попадания они их изменили. Мне нужна минута для изучения.

Крис проверила конденсаторы. Осталось чуть больше половины заряда. Быстрый огонь даст достаточно лучей и в этом случае можно надеяться на что-то хорошее.

— Нелли, можешь выпустить четыре быстрых импульса мощностью в одну-восьмую?

— Не уверена, Крис. Лазеры нагреваются. Не думаю, что они предназначены для частого использования.

Крис взглянула на Хэнка.

— Папа решил, что пары выстрелов достаточно, чтобы что-нибудь уничтожить.

— Твой отец — оптимист, — сказала Крис, быстро изучила меню оружия, нашла температуру. Ага. Эти малыши теплые. Не горячие, но, учитывая, сколько из них успели выстрелить, пара выстрелов в быстрой последовательности превратит их в шлак.

Пора на битву взглянуть по-новому. Нужно бежать.

— Томми, новый курс. Быстрая, низкая орбита над Турантиком, чтобы гравитация отправила нас в новом направлении.

— И выпустить ракеты куда угодно, только не в Сандфайера, — буркнул Томми. — Курс проложен. Придерживайте трусики, народ. Выполняю маневр.

На полной мощности «Барбаросса» развернулась и направилась прямиком к планете. Залп с корабля Сандфайера заполонил пространство, где только что был корабль беглецов.

— Вовремя, — сказала Крис.

— Точно, — вздохнул Томми.

— Сандфайер все еще преследует нас, — сообщила Пенни.

— Какой сюрприз, — покачал головой Джек.

— Не может же он стрелять в меня, — озадаченно проговорил Хэнк.

— Нет, Хэнк, мой мальчик, — ухмылка Томми приняла горький оттенок. — Он стреляет в Крис. Он охотился за ней с той самой минуты, как похитил меня. Наверное даже, задолго до этого. Он хочет, чтобы она умерла. А ты — всего лишь побочный ущерб, как и все мы, простые смертные.

— Крис? Зачем ему ее преследовать?

— Хэнк, — сказала Крис, — твоя семья и корпорация делает много чего, о чем ты, наверняка, не полностью осведомлен.

— Папа никогда не позволил бы ничему выйти из-под контроля, особенно в такой ситуации, как сейчас.

— Как бы то ни было, я сама за последнее время обнаружила несколько интересных фактов о своей семье, которые не совсем соответствуют официальным пресс-релизам.

— Я мог бы рассказать о некоторых трюках, которые любят делать Лонгнайф.

— Ну а я могу рассказать о семье Смит-Петервальд кое-что такое, что не упоминается в годовом отчете для акционеров.

— Мы ведь частная компания, такая же, как «Нуу Энтерпрайз».

— Просто это означает, что нужно копать глубже, Хэнк. Копать глубже. А сейчас, извини, но мне нужно позаботиться о сохранении наших жизней, — Крис взглянула на датчик конденсаторов, показаний температуры и системы измерения дальности. — Пенни, включи связь с приятелем Хэнка, выведи Кэла на главный экран.

— Вызываю. Вот и он.

— Готова сдаться? — тут же, без подготовки, сердито рыкнул Сандфайер.

— Нет. Ты постоянно промахиваешься, а вот я один раз задела тебя. Мне кажется, что сдаться должен как раз ты.

— Слишком много чести. Ты вмешиваешься туда, где тебе нечего делать. Ты разрушаешь все, что другие пытаются построить. Сдавайся или умри.

— Отвали или умрешь ты, — парировала Крис. — У нас лучше броня и оружие. Продолжишь в том же духе и вместе со своей командой, — с которой Крис фактически и разговаривала, — погибнешь. Помни, Сандфайер, я уже уничтожала корабли. На мостике у меня опытная боевая команда. А на твоем корыте хоть кто-нибудь когда-нибудь стрелял во что-нибудь, кроме булыжников? — Продолжай говорить. Пока болтаем, мои конденсаторы заполняются, а лазеры остывают. Взгляд на пульт захвата целей показал, что Томми тоже догадался расширить диапазон.

— Со мной мои девочки. Я бы не нанял их, если бы они не были опытными убийцами. Они, быстрее перережут тебе глотку, чем смирятся с твоей ухмылкой.

— Но сейчас ни одной из них передо мной нет, ни с ножом, ни с пистолетом. Все они, как и ты, в моем космосе, на прицеле моих лазеров. Говорит младший лейтенант Крис Лонгнайф, Космический флот Объединения Разумных. Прекратите огонь, прекратите преследование. В этом случае сможете выжить. Продолжите гнаться за нами и стрелять — я вас убью.

— Огонь! Проклятье, огонь! — закричал Сандфайер.

Кто-то за пределами экрана крикнул:

— Надо зарядить орудия. Секундочку, сейчас.

Наконец, кто-то вспомнил, что нужно прервать связь с беглецами.

С крейсера выстрелили, и Томми запустил новый алгоритм скольжения, уворотов и поворотов. Все, что выпустили с крейсера, прошло мимо.

— Нелли, — сказала Крис, посмотрев на свой пульт, — пусти шесть импульсов в одну десятую или даже двенадцатую мощности. Рисунок залпа — плотный.

— Шесть импульсов, одна двенадцатая мощности, — повторила Нелли.

Два лазера ожили и выпустили шесть разрушительных лучей. Два из них едва не попали и только один пришелся точно в цель.

Крейсер дернуло в сторону, он начал вращаться, с его бортов посыпались металлические обломки. А еще посыпались более крупные вещи.

— С крейсера стартовали длинная лодка и несколько спасательных капсул, — сообщила Пенни. — Очевидно, не все согласны погибать вместе с Кэлом.

— Они сумасшедшие, — отрезал Хэнк, качая головой. — Не понимаю.

— Следи внимательнее за событиями и учись, — сказала Крис. — Пенни, вызови Сандфайера.

— Он не отвечает.

— Попробуй еще раз. Скажи ему, что крысы убегают с его корабля.

— Мои люди верны мне и ни один из них никогда не оставит меня, — вернулась связь и лицо Сандфайера заполнило экран целиком. Лицо достаточно красное, что соответствовало сегодняшним взрывам. Вена на правой стороне лба теперь совпадала с веной на левой стороне. Такого кровяного давления Крис ни за что и никогда не захотела бы для себя.

— Хочешь посмотреть, что показали мои датчики минут назад? Мы видели, как от твоего корабля отделились длинная лодка и несколько спасательных капсул. Как лепестки с мертвой ромашки.

— Боже, она теперь тоже поэт, — в притворном шоке проговорил Томми.

— И ты думаешь, я поверю хоть одному слову Лонгнайф?

— Ты должен признать, что я была несколько занята, чтобы учиться обманывать кого бы то ни было.

— Лонгнайф, ты доставляла нам неприятностей с тех пор, как умудрилась улизнуть из рук похитителей. Ты должна была умереть на минном поле несколько месяцев назад. Вместо этого ты разрушила все, о чем я договаривался с этим ослом коммодором в системе Париж. На этот раз я убью тебя лично. Огонь, черт вас побрал! Огонь!

Корабль вдруг резко нырнул вниз. Оказалось настолько неожиданно, что внутренности не успели вовремя среагировать.

Кто такие «нам», которых Сандфайер включил в свои планы? Планы убийства ребенка! Эдди? Крис гордилась тем, что спасла взвод космодесантников от гибели на минном поле. Еще больше гордилась тем, что испортила планы коммодора Сэмпсона, выведя Шестой Атакующий Эскадрон с линии огня, предотвратив тем самым войну между Землей и Вардхейвеном. За все то, что Сандфайер сотворил с Томми и Пенни, за то, что собирался сотворить с людьми Турантика, он заслужил смерть.

А еще он поставил бедного Эдди во главу своего смертельного списка.

Должен найтись способ убить Сандфайера столько раз, сколько он заслужил.

Крис с трудом проглотила гнев и готовые вырваться приказы, полные ненависти, что могли привести к плохому концу. В сердце и голове не могло быть места ни для чего бесчеловечного, вроде гнева или мести. Эмоции занимали место, усиливали кровоток, уменьшали умственные способности.

Холодная, как космос, Крис изучала мужчину на экране, даже когда краем глаза оценивала данные на пульте управления температуру реактора, доступную энергию, температуру лазеров и запас мощности.

Скоро кто-то умрет. И этим кем-то будет Сандфайер.

— Снова мимо, — скривив губы в холодной, бесчувственной усмешке, сказала она без радости в голосе. — Это лучшее, что ты можешь сделать, Кэл? Ты все время крутишься рядом, но не можешь коснуться меня. Ты похищаешь ребенка и делаешь меня героем. Ты хочешь развязать войну, а я становлюсь принцессой. Твоя ненависть к нам, Лонгнайф, делает нас только богаче, могущественнее и достойней. Этот факт, должно быть, съедает тебя изнутри, — Крис наблюдала, как пылающая страсть вспыхивает и поглощает Сандфайера.

Он кричал, требуя от всех орудий крейсера непрерывного огня, боролся с ремнями безопасности, вытягивая руки с выгнутыми, как когти, пальцами, словно хотел вылезти из экрана и обхватить шею Крис.

Фоном Крис услышала, как кто-то сообщил, что лазеры начали заряжаться. Томми снова пустил «Барбароссу» в безумный танец, когда лучи лазеров рванули к яхте и снова промахнулись.

Сандфайер от огорчения аж взревел.

Крис проигнорировала его, оценивая собственный оружейный статус. Пока лазеры охлаждались, а конденсаторы заряжались, Сандфайер потратил впустую два залпа.

— Нелли, шесть залпов в одну двенадцатую мощности. Если какой луч попадет, повтори двумя очередями в одну четвертую мощности.

— Да, мэм.

На пульте, под экраном с искаженным лицом Сандфайера, еще один экран показал шесть коротких лучей. Два попали в цель, сотрясая крейсер. Не успела Крис открыть рот, чтобы дать команду: «Огонь!», последовало еще два выстрела. Они воткнулись в борта крейсера, прорубили его насквозь. Лицо Сандфаера исчезло, экран погас.

На мгновении крейсер завис неподвижно в темноте космоса. Потом экран потускнел, а корабль превратился в яркую звезду, которая тут же погасла. Экран снова стал нормальным, показывая расширяющееся облако газа, которое, как стоило ожидать, быстро исчезло, словно его никогда не было.

Сандфайера не стало. Осталось только зло его намерений.

— Он мертв, — медленно сказал Джек. — Но и Эдди тоже не вернуть.

— Можно избавиться от зла, — тихо добавила Эбби, — но невозможно исправить то, что оно натворило.

Крис уставилась на пульт предупреждения опасностей. На нем ничего не было.

— Томми, установи курс к главной точке прыжка. Пора возвращаться на Вардхейвен.

— Хотите узнать, что происходит на Турантике? — поинтересовалась Пенни.

— Это дело Турантика. Не мое, — сказала Крис. Она чувствовала, что внутри у нее появилось что-то, что с каждой минутой становилось все горячее и горячее. Как и корабль Сандфайера, она собиралась взорваться… только не сейчас.

— Если я кому понадоблюсь, я буду в какой-нибудь каюте.

— Можешь воспользоваться моей, — предложил Хэнк. — Пятый уровень по правому борту.

— Тебе она самому понадобится, — сказала Крис, отстегивая ремень безопасности.

— Там есть ванна, можно расслабиться, — сказал Хэнк. — Тебе нужнее.

— Я могу набрать ванну, — сказала Эбби, вскакивая с кресла.

— Нет, я хочу побыть одна.

— Как пожелаете, — Эбби рухнула обратно.

— Я буду держать яхту на ускорении в один g, — сказал Томми. — Если придется что-то изменить, я дам знать, пришлю много-много предупреждений.

Крис добралась до лифта, сжав зубы, не давая вырваться волнам эмоций. Ткнула на кнопку с цифрой пять, вместо того, чтобы выцедить его сквозь сжатое горло. Створки дверки раскрылись, открывая перед ней красивый холл, обшитый деревянными панелями, достаточно новыми, еще пахнущими опилками и лаком. Дверь в правую каюту открылась.

Помещение оказалось большим, занимало добрую половину площади всего уровня. Огромная кровать, пятеро поместятся. Крис рухнула на нее и позволила аду внутри себя вырваться на свободу.

* * *

Спустя много часов Крис уселась на стул в столовой «Барбароссы». За одно утро она избавилась от всех эмоций, каких только могла. Теперь же предстояло чем-то заполнить образовавшуюся пустоту.

— Что есть поесть? — хрипло спросила она.

— Я творю чудеса со сковородой и яйцами, — сказала Эбби. Высунув голову из небольшого камбуза.

— Яичница, бекон и тосты были бы сейчас кстати, — сказала Крис.

— Тосты сейчас будут, — услышала она с камбуза голос Томми. — Молоко, апельсиновый или яблочный сок?

— Да, — ответила Крис, почувствовать неимоверную жажду. Вытерла лицо: нельзя представать перед людьми с покрасневшими, опухшими глазами.

— Кто на вахте? — спросила она, оглядывая пустую столовую.

— Там Пенни, — сказал Томми, ставя на стол три стакана. — Хэнк показывает ей все, что сам знает об этой лодке. Джек за ними следит. Похоже, он не доверяет этому парню.

— Он ему никогда и не доверяет, — Крис залпом осушила стакан яблочного сока.

— Крис, вы на камбузе? — прозвучал из динамика голос Пенни.

— Кажется, — ответила Крис.

— У меня для вас сообщение. Помните Абу Картума, того таксиста, который нам помог в первую ночь?

— И еще несколько раз потом, — буркнула под нос Крис.

— Он отправил сообщение. Говорит, что вы ему ничего не должны. Ему или его племяннику. Он считает, что все счета оплачены сполна. О, и у Тины родилась красивая девочка, которую она назвала Крис. Она и все женщины из комнаты с коврами шлют наилучшие пожелания. Крис, мне стоит что-то знать?

— Ничего такого, — сказала Крис и мысленно обратилась к компьютеру: — Нелли. Возможно сделать пожертвование в сто тысяч долларов Объединения Разумных одному из благотворительных фондов, с которыми сотрудничает Абу?

— Будет сделано.

— Ну, раз уж вы так разволновались от такого сообщения, рискну передать еще одно. Сенатор Криф говорит, что никогда особенно не верила байкам о Лонгнайф. Она говорит, что теперь верит и да, передает спасибо от всех ее друзей. Даже Дэннис Шоуковски не может найти, на что жаловаться.

— Должно быть, у него такое впервые, — наконец, улыбнулась Крис.

Тихо тренькнул лифт, за стол к Крис подсели Хэнк и Джек.

— Пенни говорит, что разобралась с моим кораблем, — сказал Хэнк, все еще чувствуя гордость за свою собственность. — Корабль в значительной степени автоматизирован.

— Мы найдем тебе команду на Вардхейвене, — сказала Крис. — Повара тоже.

— Я все слышу, — крикнула с камбуза Эбби и в голосе слышалась неистовая гордость. — Как сильно хотите, чтобы яйца прожарились?

— Так же, как в «Хилтон».

— Какие высокие стандарты для человека, не уважающего своих наемных работников, — фыркнула Эбби и вернулась к работе.

— У тебя интересная группа, — сказал Хэнк, усевшийся напротив Крис. Джек устроился в конце стола: Крис и Хэнк были в пределах досягаемости без напряжения. Он вытащил ридер и притворился мебелью.

— Не думаю, что желала бы команду лучше для того, что пришлось сделать.

— Что именно пришлось сделать? — широко раскрыл глаза Хэнк, при этом в неподдельной искренности склонив голову. Неужели он на самом деле не знает, что происходит?

— А что ты видел? — спросила Крис. Папа всегда говорил, что нельзя никому показывать то, чего они сами не видят. И это был поразительный пример, когда для некоторых людей некоторые вещи вроде как и не происходили вовсе.

Хэнк наклонился вперед, положил на стол локти.

— Я видел, как взорвалась космическая станция. Я видел, как на меня напали три, нет, всего лишь один крейсер. Я видел, как ты его взорвала. Я и слышал, как Кэл говорил много бессмысленных вещей.

— К примеру?

— Он ненавидел тебя. Кажется, он винил тебя во всем, что в его жизни когда-либо шло не так. Я знал Кэла как упрямого бизнесмена. Если что-то не давало ему прибыли, ему было на это наплевать. И все же, он погнался за тобой, настаивая, чтобы его люди расправились с тобой. Он зашел слишком далеко. Почему?

— Я правильно его расслышала? — тихо спросила Крис. — Он сказал, что у него и кого-то еще вместе с ним, не вышло убить меня, когда убили Эдди?

— Я не расслышал, — Хэнк откинулся на спинку стула.

— Я расслышал, — сказал Томми, принесший с кухни тосты и кофейник. Предложил кофе Хэнку, тот взял с центра стола кружку, Томми наполнил ее. Оторвавшись от чтения, Джек тоже попросил Томми налить ему кофе. Потом Томми налил и себе и устроился на другом конце стола. — Мы с Крис служили вместе почти год. Я знаю, что Эдди для нее значил. Что она думала о его смерти. Может, я и не так подробно услышал, когда этот сукин сын упомянул мальчика, но обратил внимание. Он, или кто-то из его людей устроил похищение и убийство Эдди. Кто?

Томми произнес все это так спокойно, почти небрежно. Крис захотелось заругаться. Но на кого?

— Не знаю, — покачал головой Хэнк. — Сколько мне тогда было? Десять или одиннадцать. Я не мог знать.

— Стандартный ответ, — сказала Крис, потягивая апельсиновый сок. — Последнее время мне пришлось изучить множество вещей, которые я не знала о Лонгнайф. Приходится учить, потому что нужно быть на шаг впереди убийц, которых твой друг Кэл подсылал ко мне.

— Он не был моим другом.

— Он работал на твоего отца. Он для него все устраивал, — сказала Крис, медленно потягивая сок, желая, чтобы каждый мускул ее тела делал то, что она хочет, чтобы живот не скручивало, а руки не бросали в стены стаканы. — Он был человеком твоего отца. Что он раньше для него делал?

— Не знаю, — ответил Хэнк, поморщившись от слов Крис. — Папа о нем всегда хорошо отзывался, но не говорил ничего конкретного. Это был первый раз, когда я с ним тесно сотрудничал, Крис. Я же тебе говорил, что не особенно вникал во все. Помнишь, я тебе это уже говорил, до того, как началась вся эта история.

— Да, говорил.

— Тогда что ты от меня ждешь? — вопрос остался висеть в воздухе. Хэнк оглядел столовую. — Я сделал для тебя все, что мог. Я сказал ему, что ты не держишь меня в заложниках. Эй, ребят, не знаю, как вы попали на мой корабль, но не думаю, что в суде это будет выглядеть хорошо.

— Не будет никакого суда, — сказала Крис. — Мы были в состоянии войны.

— Войны!

— Именно ее Сандфайер и пытался начать. Именно ее мы и остановили. Как в системе Париж.

— Крис, мой старик занимается бизнесом. Он не занимается войнами.

— Уверен? — тихо спросила Крис. — Как глубоко ты копал? Изучал изнанку своего генеалогического древа? Хэнк, те лодки из умного металла, которые ты подарил мне на Олимпии, чуть было не убили меня. Ты их покупал?

— Да, я. Ну, заказал.

— Заказал. Мы провели расследование. Пытались отследить их до конкретной компании. Не повезло. Нет доказательств, что их когда-либо покупали. У кого ты их купил? — Крис знала, что говорит прокурорским тоном. Она видела, как Хэнк закрывается, словно осажденный замок. Явно не способ находить друзей и заставить парня пригласить тебя на свидание. Но ей нужно было знать правду, больше, чем планы на вечер пятницы.

— Я их заказал. Велел личному помощнику достать их.

— Личному помощнику? — подняла бровь Крис.

— Да, компьютеру, знаешь, это такая штука, — Хэнк расстегнул рубашку и похлопал по компьютеру, примостившемуся на плече. — Я велел заказать лодки. Он сказал, что заказал. Я ни разу не задумывался об этом, пока несколько дней назад ты не выдала мне тот загадочный ответ.

— Кто программирует твой компьютер? — спросила Крис, уже зная, какой будет ответ.

— «Айрон Софтвейр». Раз в два года они продают мне новый компьютер, программируют, сдают, что называется, под ключ. У меня нет времени, чтобы тратить его на тупую или неработающую машину. И я не даю им глупые имена вроде Нелли.

— Дурак, — прошептала Нелли.

— Тише, Нелли. Хэнк, ты слышал, что только что сказал? Сандфайер позволял тебе платить ему за привилегию иметь компьютер, который давал ему черный ход ко всему, что ты делаешь. Присутствовать в компании Сандфайера тебе предложил твой отец?

— Нет, вся эта каша — затея Сандфайера. Не отца. Папа к этому не имеет никакого отношения, — лицо молодого человека исказилось от боли, которую никакая генетическая коррекция не смогла бы сделать красивой. Он сорвался с места и бросился к лифту.

Без слов, Эбби поставила перед Крис тарелку с яичницей и положила ей на плечо руку.

Крис посмотрела на тарелку, но покачала головой: аппетит пропал. Сейчас пустоту внутри никакая еда не заполнит.

* * *

Полет до Вардхейвена был долгим. Металлический корпус корабля не мог защитить их от холодной, безмолвной пустоты космоса.

Назад