Назад
Майк Шеферд. Непокорная

Глава 7

К полному удивлению и огромному облегчению, свадьба прошла без сучка и задоринки. Мама аж ожила.

Очаровательная Дора появилась, сняла несколько заинтересовавших ее людей, записала парочку звуковых фрагментов и… исчезла.

— У Пандори сегодня барбекю и там будет Рэйчел, ну, знаете, звезда «Суперновой».

Очевидно, видео со звездой шоу-бизнеса на барбекю оказалось важнее свадьбы двух младших офицеров в саду Нуу.

Мама поначалу взбесилась, а потом только дулась.

Так что она переключилась на миленькую Клесу, дочку Чандры, очаровательно выглядевшую в образе цветочницы. Та торжественно прошлась по проходу, послушно делая два шага прежде, чем бросить горсть лепестков через плечо. Добралась до алтаря, повернулась к гостям, улыбнулась, что твой ангел, которым и была и… перевернула корзину с лепестками.

Брат Клесы с успехом справился с ролью носителя колец, только дважды прервав церемонию, спрашивая тихим шепотом трехлетнего мальчугана, разносящегося по всему саду, не пора ли подавать кольца.

Отец Мэри Энн оба раза улыбался и тихим, мелодичным, с ирландско-китайским акцентом жителя Санта-Марии, заверял его:

— Нет, пока нет. Подожди еще немного.

В шкафу Крис висели уже пять платьев подружки невесты, так что она стала экспертом по свадьбам. Отец Мэри Энн и коммандер Петрулио с успехом справились с подготовкой церемонии. Крис легко удалось уговорить провести церемонию капеллана, когда священник реформаторско-методистской церкви, в которую ходила мама Пенни, в последнюю минуту дал самоотвод. Похоже, реформаторы-методисты вели переговоры с Кольцом о воссоединении, так что проведение свадьбы в двухстах световых годах от Земли сына женщины из церкви, отколовшейся от них, ставило переговоры под угрозу. Но капелланы следуют другой цепочке подчинения и, хоть Пенни была уже готова сдаться, бросить вызов бабушке и провести церемонию по обычаям планеты Томми, последний настоял на том, чтобы все было проделано так, как задумано. Если какая пара и заслуживала долгую совместную жизнь, так это были Томми с Пенни.

Так что все обошлось бескровно и без каких либо других катастроф. Оба священника от разных церквей подошли к концу церемонии, исполнив роль, на взгляд некоторых, самую важную.

— Томми, — одновременно сказали оба священника, — можешь поцеловать невесту.

Томми поцеловал. Пенни с энтузиазмом ему ответила.

— Что ж, — кашлянув, сказал капеллан. — Позвольте представить всем вам младшего лейтенанта и лейтенанта Лиен.

Пенни нежно взяла ладонь Томми, и струнный квартет тихо заиграл свадебный марш. Крис взглянула на Фила, именно с ним под руку предстоит уходить отсюда. Священники взяли на себя обязанность присмотреть за детьми, пока взрослые не разойдутся. Отец Мэри Энн выдал детям пачку леденцов.

Вздохнув, Крис вязла под руку Фила.

— Невозможно отказаться от любой свадьбы, — сказала она.

— Пока не появляются жертвы, — кивнул тот.

Пенни с Томми продвигались по проходу слишком медленно, потому что каждый член семьи с обоих сторон считал, что нужно обязательно поцеловать или пожать руку молодоженам, поздравить, что-то посоветовать молодой женщине в первый день супружеской жизни. А для кого-то шанс впервые взглянуть на Пенни. Крис осталось только радоваться, что Фил сбегать пока не собирается. Тот демонстрировал понимание происходящего, которое не имело ничего общего с флотом. Воспользовавшись моментом, Крис оперлась на него. Здорово. Интересно, когда начнутся танцы, сколько их она сможет урвать с Филом? В таком наряде она и мертвеца способна привлечь.

Ма-ма, это была твоя идея!

Зазвонил папин сотовый.

На самом деле, Крис даже поразилась тому, что во время церемонии ни одному гостю никто не позвонил. А это при таком скоплении в одном месте политиков и предстоящей выборной жаре вовсе удивительно, что никто не почувствовал потребности провести телефонные разговоры. Жаль, папе пришлось первым нарушить плучившуюся идиллию. Даже мама бросила на него взгляд, способный прожечь борт линкора, но папа его не заметил.

Какое-то время папа разговаривал тихо, Крис слышала его, но не разбирала слов. Потом он пошел прочь по садовой дорожке, окаймленной магнолиями и сиренью. Один за одним зазвонили телефоны других гостей. В какой-то момент известные политики отходили в уединение, чтобы поговорить по телефону наедине, где-нибудь еще.

Крис нахмурилась. Неужели у премьер-министра конкурирующей команды случился сердечный приступ или он поскользнулся на банановой кожуре? Потребовалось бы событие не меньшего масштаба, чтобы все политики начали ни с того, ни с сего так себя вести.

— Нелли?

— В обычной сети ничего. В частной наблюдается какой-то всплеск, но причины я пока не знаю, — ответил компьютер.

Ладно, премьер-министр пока еще дышит. Тогда что случилось?

Крис посмотрела на задние гостевые ряды, где расположился совсем другой контингент Космофлота, будущие разведчики, если повезет. Друзьям Пенни посоветовали, когда самый медиа-цирк будет в самом разгаре, особенно не светить в первых рядах, оставив носить платья друзей жениха и подружек невесты шкиперов патрульных катеров. Как удачно. И вот они смотрели друг на друга, на лицах вопросительные выражения, и никаких ответов.

Коммандер Сантьяго разговаривала с кем-то по коммуникатору. Крис кивнула шкиперам маленьких PF. Друзья жениха побыстрее, подружки невесты немного медленнее, чтобы не растерять той малой скромности, что позволяли платья, выбранные мамой Крис, направились к коммандеру. По пути Крис услышала отрывки аж трех разговоров, в которых промелькнули боевые корабли, капитуляция и орбитальная бомбардировка. Этого оказалось достаточно, чтобы поторопиться.

Собрались вокруг коммандера. Чуть позже подтянулась разведка. Никто не посмел прервать Сантьяго, пока она слушала доклад.

— Продолжай следить, старпом, — наконец, сказала она. — У меня тут большой контингент команд боевых катеров и они вот-вот посинеют. И несколько разведчиков в придачу, а они терпеть не могут, когда не знают того, что знают флотские. Так что мне лучше их проинформировать прежде, чем они начнут что-то делать. Я всегда на связи, соединяйся со мной в любое время, когда узнаешь что-то еще.

Закончив говорить, коммандер оглядела окруживших ее людей.

— У нас проблемы. Из точки прыжка Бета, со скоростью в полторы тысячи километров вышли шесть кораблей. Связи с ними никакой, опознавательных сигналов тоже не передают.

Пока Крис шла мимо политиков, ничего подобного не слышала, да и вряд ли они понимали, что это означает. Каждое судно, способное совершать прыжки от звезды к звезде, оснащено транспондером, который сообщал название корабля, владельца и последний порт, где причаливал корабль. Буи, отслеживающие прыжок, отмечали номер транспондера и использовали его, чтобы контролировать движение судна, не давая кораблям столкнуться друг с другом при входе в точку прыжка.

Вмешаться в работу транспондера, не говоря уже о том, чтобы заставить его молчать, серьезное нарушение правил полетов Человеческого Сообщества. По крайней мере, так было последние восемьдесят лет. Сейчас кто-то сильно рисковал. Кто-то готов пойти на риск, чтобы никто не знал, кто они такие и чего хотят.

Для офицера Космофлота это немногое говорило о многом. Политики, расположившиеся по саду, не слезающие с телефонов, вряд ли понимали, что это значит.

— Корабли выстроились в линию, — продолжила тем временем капитан эсминца, — летят к Вардхейвену с постоянным ускорением в один g. Если предположить, что где-то на полпути они развернутся и начнут тормозить, прибудут к Вардхейвену через девяносто шесть часов.

— Изображают боевой порядок? — уточнила Крис.

— С виду именно так, — кивнула коммандер Сантьяго. — Датчики сообщают, что на всех шести кораблях установлены двойные реакторы класса GE-6900.

Присутствующие закачали головами, кто-то даже присвистнул. На огромных пассажирских лайнерах тоже используются двойные реакторы, но их мощность не превышает 2200 единиц. А тут сразу шесть кораблей, каждый с двумя генераторами каждый мощностью в 6900 единиц, предназначающихся для выработки большой массы плазмы, ускорения большой массы и выработки огромного количества электричества для лазеров.

— Линкоры, — предположил кто-то из разведчиков. — Класса «Президент»

— Или «Великолепный».

— Это земные корабли.

— Вряд ли земные корабли воспользовались бы Бета-точкой. И у нас был бы отчет об эскадрилье земных линкоров, патрулирующих миры Кольца, — не согласился офицер разведки.

— Ну, кто бы то ни был, — сказала Сэнди, — он только что прошел через Бета-точку и требует, чтобы мы капитулировали.

— Капитулировали, — эхом пронеслось по толпе. От этого слова у Крис голова пошла кругом. Вардхейвен никогда не капитулировал! Не мог капитулировать.

— Еще кое-что интересное, — продолжила Сэнди. — Мой старпом — любитель истории. Он заметил в ультиматуме кое-что знакомое, так что провел небольшое исследование. Могу спорить, разведка заметила бы это весьма быстро, — сказала она, улыбнувшись, — но слова, которые они передают, требуя нашей капитуляции, почти те же самые, которыми мы пользовались, требуя сдачи Турантик, когда сражались с ними. Потом Единство положило конец всем спорам с Кольцом.

— Пытаются вернуть нас в старые времена, когда миры Кольца нападали на миры Кольца ради контрибуции? — удивилась Крис.

То был Темный Век, тогда миры сражались с другими мирами по любой выдуманной причине.

— Я сказала, почти, — заметила Сантьяго. — Формулировка осталась прежней до того момента, когда мы приказывали Турантик сдаться и выплатить контрибуцию. Эти же требуют, чтобы мы сдались, отказались от всех союзов и согласились на оккупацию.

Крис потребовалось время, чтобы это переварить. Фил присвистнул.

— Они хотят нас. Со всеми потрохами, — заключила Крис.

— Похоже на то, — кивнула капитан эсминца.

Крис, у меня кое-что есть.

Не сейчас, Нелли.

— И что мы со всем этим будем делать? — спросил Фил.

— А что мы можем? — спросила в обратную Сэнди. — Мой корабль единственный в порту. Ваши патрульные катера, даже если предположить, что смогут противостоять линкорам, всего лишь холодное оружие. Даже если временное правительство что-то и прикажет, я не знаю, что можно сделать.

— Сколько времени нужно вернуть наш флот? — спросил Фил.

— Быстро не выйдет, — разведчик покачал головой. — Ситуация на Бойнтоне не очень хорошая. Если наш флот отступит и полетит домой, даже прямо сейчас, они рискуют потерять планету только для того, чтобы по прибытии обнаружить Вардхейвен отброшенным обратно в каменный век.

— Что можно сделать здесь? — спросила Крис, мысленно перебирая сотню разных вариантов.

— Так они там пустое место, — по саду разнесся папин крик. Ну, не такой уж и громкий.

Пока Сантьяго рассказывала ситуацию, струнный квартет успел закончить мелодию и больше не играл. Томми и Пенни присоединились к группе флотских, собравшихся вокруг капитана эсминца, прекратив разговоры со своими семьями.

— Это же бесхребетное сборище старух в поношенных пальто. Я всегда говорил, что у оппозиции нет ни одной дельной мысли с тех пор, как на свет появились их бабушки. Но нет, Пандори надо доказать перед всей планетой мою правоту.

Крис стало интересно, сколько в этом папином пассаже передачи политического курса, а сколько просто выпущенного пара. Судя по все краснеющему лицу, все слова можно отнести к выпуску пара.

Возвращаясь из сада с цветами, он пнул стул, отбрасывая его в сторону. Это его явно не успокоило.

— Пандори только что стал достоянием общественности! Вышел с публичным заявлением о том, что у его правительства к приближающимся линкорам нет никакой стратегии. Ничего нет, ни за, ни против капитуляции. Ему, видите ли, нужно немедленно собрать кабинет, чтобы определиться. Человек из разряда дилетантов! Любой партийный новичок знает, что никогда, никогда не расскажет СМИ о том, что ты не знаешь, что делать. У тебя всегда должно быть мнение. Люди выбрали тебя, значит, ты должен отвечать за все. Может потребоваться несколько консультаций, исходя из уникальности обстоятельств, но ты всегда должен знать, что делаешь. — Папа стукнул кулаком по ладони. — Он фактически признал, что не имеет ни малейшего представления, что делать с этими боевыми кораблями и требованием о сдаче.

— Он не может сдаться, — сказал Хонови.

— Естественно, он не может сдаться. Вардхейвен никогда не сдается. — Крис знала, что это сказано специально для присутствующих. Вокруг отца собрались люди, и чуть не каждый снимал его на телефон. Его речь вот-вот окажется в сети. Пандори, может, и не знает, в чем должна заключаться его политика, но папа определенно знал, в чем заключается его.

Что может быть не так уж хорошо. Если он не будет осторожен, сможет загнать премьер-министра конкурирующей команды в угол и тогда разгорится драка, как раз тогда, когда к планете подлетят линкоры и уничтожат все, что есть на орбите Вардхейвена. Оставят шрамы в городах. Хонови подошел к отцу так близко, стараясь уединиться, насколько позволяли обстоятельства. Но их окружали записывающие происходящее телефоны.

— Пап, если мы не можем сдаться, как нам сражаться?

— Вот в этом и проблема, сынок. Пандори вверг нас в затруднительное положение. Мы не можем защитить себя. Сдаться тоже не можем. Поэтому он хочет влезть в это милое, уютное заседание кабинета министров и болтать с приятелями о том, какой беспорядок я для него устроил, но ни разу не увидит, что он сам его для себя устроил. Нет, сынок. Чтобы решить эту проблему, нам нужна полноценная сессия парламента.

— Временное правительство никогда не созывало сессию, пап, — Хонови закусил нижнюю губу, потом медленно продолжил: — Если созвать полное заседание, ты смог бы потребовать вотума недоверия политике Пандори?

— Теперь ты знаешь, — усмехнулся папа, — почему парни, свергающие правительство, не должны управлять государством, сынок. Гарантирую, если он соберет сессию, я первым делом вынесу вотум недоверия, а он его еще как заслужил. Он не протянет и пяти минут из-за того беспорядка, который устроил. Нет, Пандори попал в ящик ужасов. У него четыре дня, пока эти проклятые корабли не появятся на орбите. Если он объявит, что его решение — бороться, окажется, что ему нечем бороться. Если поднимет белый флаг, ему придется созвать Дом, чтобы утвердить решение, но тогда он падет так низко и быстро, что выбраться хоть сколько-нибудь наверх у него не будет ни шанса.

Папа замолчал, задумчиво нахмурив брови, потом продолжил:

— Может, он не так уж и глуп. Может, он пытается прикрыться тем, что у него нет решения, чтобы не столкнуться с тем, чего ему будет стоить любое решение. Но, черт возьми, любое его решение обойдется Вардхейвену дорого. Господи, кто бы знал, во что это обойдется Вардхейвену.

Бормоча что-то под нос, папа ушел, и Хонови отправился вместе с ним.

— И что же нам делать? — спросила Бэбс Томпсон у флотских офицеров.

Крис посмотрела на свое нелепое платье подружки невесты, выбранное мамой.

— Не знаю, как вы, а я пошла переодеваться.

Выпрямившись, как струна, с достоинством, которое позволял наряд, она быстро отправилась в дом.

* * *

Ей понадобилось секунд десять, чтобы сорвать с себя платье-ромашку, платье, которое она больше никогда не наденет. Она даже не хотела, чтобы оно висело у нее в шкафу. Нужно попросить Эбби отправить его в какой-нибудь секонд-хэнд. Может, найдется неприхотливая стриптизерша, которая за деньги будет снимать его с себя перед зрителями.

Но остался вопрос, что надеть.

Почти обнаженная, Крис стояла и смотрела на Космофлотскую часть своего гардероба. Ее попытались опозорить. Ее освободили от командования. И только-только сняли все обвинения.

А на Хикиле кто-то обвинил ее и короля Рэя в убийстве. И флот ушел к Бойнтону, а PF — всего лишь холодное оружие и вот-вот пойдут с молотка. Совпадение?

Она выбрала белую форму.

Осторожно, чтобы не помялись, натянула накрахмаленные брюки. Внимание привлек Орден Раненого Льва, покоящийся на полке в открытом футляре. Крис заслужила его за мятеж. Стоит ли его надеть? То, что она сегодня собиралась делать, все еще формировалось в глубине души, но, без сомнения, любой юрист военно-юридической службы застрянет надолго, изучая единый кодекс военной юстиции, посвященной мятежам.

— Я могу чем-то помочь? — спросила Эбби, предвзятым взглядом разглядывая платье подружки невесты, валяющееся по полу. — Добавить туда чесночку и больше ни одна девушка его не наденет.

— Помоги надеть ленту, — попросила Крис. — И у тебя глаз наметан, посмотри, как разместить значок Ордена Раненого Льва где-нибудь на рубашке.

Крис сосредоточилась на одевании. Пришло время обуви. Ботинки впору, только нужно еще шнурки завязать. Что же делать? Ситуация незавидная. Флот ушел. Оружия на том, что осталось, примерно один к миллиону. В принципе, мелкие катера, если купиться на дико чрезмерную рекламу, дюжиной на один линкор могут сработать. Если получится включить питание.

Возникшая ситуация не представляла невероятных шансов. Шансы были смехотворны. Кто-то сыграл картой Пандори и у Вардхейвена случились крупные неприятности. Слишком крупные.

Но больше ничего не остается.

— Разве это не та ситуация, как раз для работы Лонгнайф? Когда больше ничего не остается, — тихо пробормотала Крис. Как обычно, проблема заключалась в том, чтобы найти решение.

— Вы что-то сказали? — спросила Эбби.

Крис осмотрела себя: почти одета. Повернулась к Эбби. Горничная приколола значок Ордена Раненого Льва к левому карману рубашки. Здесь обычно висел значок командира. С другой стороны, его отобрали, так почему бы на его место не повесить значок мятежника?

Хороший знак?

Горничная помогла Крис надеть китель и застегнуть его.

— Эбби, скоро все здесь начнет сходить с ума. Позаботишься о Харви и Лотти? Роуз и Хонови? Папе. И, да, о маме тоже, если сможешь?

С натянутой улыбкой Эбби кивнула.

Крис повернулась к зеркалу. Оттуда на нее смотрела обычная Крис: высокая, с длинным носом, молодая женщина без каких либо выступов. С сжатой челюстью. Губы в тонкую полоску. Недобро прищуренные глаза. Вот это лицо — лицо Лонгнайф? Примерно так выглядел дедушка Рэй, когда приказывал уничтожит флот Итич? Крис пошла к выходу. Будут ли когда-нибудь у меня ответы на вопросы о Лонгнайф? — подумала она, открывая дверь.

Снаружи она обнаружила Томми в белом костюме, в котором был на свадьбе. Рядом Пенни, та успела сменить многослойное свадебное платье и длинную вуаль на гораздо менее формальное, но такое же белое платье.

Оба отсалютовали.

— Какие будут приказания, ваше высочество? — спросил Томми.

В их глазах никаких других вопросов. Никаких сомнений. Крис осмотрела двух человек перед собой, которых не так давно провела через огонь и ад. И нашла только ожидание приказов. Чертовски уверенное ожидание.

Они ждали, что она снова возьмет волшебную шляпу Лонгнайф и вытащит из нее правильный ответ, правильные приказы, что проведут их через огонь и ад… снова… и спасет… снова.

Крис сглотнула появившийся в горле ком и ответила на их приветствие.

— Принцесса Кристина передает свое почтение коммодору и просит его в удобное для него время провести совет командиров катеров.

Томми отсалютовал.

— Коммодор передает свое почтение и просит осведомить, что созывает младших офицеров в кают-компании «Кушинга» в пятнадцать часов ровно.

Крис взглянула на часы.

— Через полтора часа. Должно хватить, чтобы добраться до базы через бобовый стебель, а там и на борт корабля, к которому я не должна приближаться.

— Для Лонгнайф это не кажется невозможным, — сказал Джек, словно случайно прогуливающийся неподалеку, засунув руки карманы брюк. — Подумал, может, вам пригодится агент Секретной службы, даже если он в бессрочном отпуске. Я специально остался, особенно после того, как свадьба так быстро подошла к концу. Пенни, должен сказать, ты установила новый стандарт свадебных приемов.

— Подозреваю, об этом теперь годами будут говорить. Наверное, маму Крис это сделает счастливой.

— Подвести вас всех к лифту? Надеюсь, не будете возражать, потому что у меня в наличии только взятый напрокат драндулет.

* * *

Станция у подножия бобового стебля выглядела сумасшедшим домом, но основной поток шел вниз и наружу. Крис и трое ее храбрецов, рвущиеся внутрь, были почти в полном одиночестве. Проблем с проходом через турникет у Томми и Пенни не возникло, они использовали свои удостоверения личности как для идентификации, так и для оплаты.

Крис вытащила идентификационную карточку акционера «Нуу Энтерпрайз».

— Не сработает, — сказал пожилая служащая. — Слышала, с вас сняли обвинения, но, когда утром проверяла распечатку с запретом на вылет, ваше имя все еще было в списке.

— Привет, Мэри, — сказала Крис знакомой, которая стояла у ворот и частенько проверяла ее вот уже лет десять. — Как Джои? Удалось выкарабкаться из беды, пока я была на Хикиле?

— Новое руководство на следующий же день, как он пропустил вас, на неделю отстранило его от работы без сохранения заработной платы. Я посоветовала ему поговорить с профсоюзом, но он сказал, что ему нужен отпуск. Целую неделю провел на Северном Побережье, присылал фото каждый день. Каждый раз с новой девушкой, красивой и почти без одежды. Клянусь, он их брал напрокат.

— У него милая улыбка, — заметила Крис.

— А вам нужно подняться вверх по бобовому стеблю. Слышала, к нам идет какая-то шумная компания.

Крис на секунду задумалась и решила сделать вид, что не в курсе событий.

— Разве? Не слышала.

— И муж у меня отличный любовник. Могу сказать, что я бы сделала. Я бы прижалась поплотнее к вот этому молодому человеку за вашей спиной, пусть он отметится и заплатит за дорогу, а вы проскользнете вместе с ним, как один человек, — Мэри пожала плечами.

— Камеры заметят.

— Дьявол, сударыня, может мне тоже хочется провести отпуск на Северном побережье. Наверняка там найдутся голенькие парнишки, с которыми я смогу развлечься. И там может статься, окажется безопаснее, чем здесь. Конечно, так и будет, если вы подниметесь наверх и сделаете то, что задумали.

Джек подошел вплотную к Крис, приложил удостоверение личности к считывателю. Списалась оплата. Были преимущества в том, чтобы быть ростом чуть выше среднего… и худющей, как палка. Крис шагнула в ногу вместе с агентом.

До парома они добрались как раз к моменту, когда дверки начали закрываться.

Попасть на борт базы Космофлота оказалось еще меньшей проблемой. Пандори отправил большую часть космических пехотинцев к Бойнтону, а недавно нанятые охранники были больше озабочены прослушиванием новостей и обсуждением, когда подойдут вражеские корабли, чем проверкой документов. Крис ткнула своим удостоверением в сканер. Тот даже не пикнул, так что Крис продолжила путь.

До «Кушинга» добрались за пятнадцать минут до собрания штаба коммодора. Томми поведал Крис обновленную информацию об эскадрилье PF-109.

— Корабли не в очень хорошей форме. Двигатели не запускали уже несколько недель, а для двигателей на основе материи-антиматерии это не очень хорошо. Еще был приказ демонтировать лазеры, но с уходом флота дело застопорилось. Тран с удовольствием рассказывал, как на них летается. Собственно, только это и не дало разорвать катера на части. Не уверен, но с остальными шкиперами было так же. Все зиждилось на надежде, что их не продадут до выборов, твой отец победит, и мы вернемся в дело.

В тусклом свете и искусственной атмосфере станции холодная тишина корабля походила на могилу. Крис поднялась на борт в надежде, что это придаст ей немного бодрости, вселит надежду, что из всей этой неразберихи, в которую их втянули неумелы политики, есть какой-то выход. Но корабль напомнил только мертвую тушу огромного животного, выброшенную на берег.

Лучше уж встретиться с коммодором лицом к лицу.

Крис шагнула, пересекая борт, оказалась на квартердеке. Томми следом. Система оповещения тут же объявила:

— Командир эскадрильи PF-109 прибыл на борт.

Крис улыбнулась.

— Принцесса Кристина прибыла на борт, — продолжила система оповещения, и улыбка Крис пропала, когда она вспомнила, что официальным командиром эскадрильи все еще был Томми, а не она.

Отсалютовала флагу, нарисованному на переборке, потом стоящему на палубе младшему офицеру, тот отдал честь в ответ. Томми и Пенни проделали то же самое. Джек, поскольку был гражданским, просто стоял, немного озадаченный торжественным флотским ритуалом.

— Коммодор ждем вас в кают-компании, — сказал младший офицер и развернулся, чтобы провести их до места. Бросил через плечо вопросительный взгляд на Джека, когда агент секретной службы, без пяти минут отпускник, двинулся следом.

— Я с ней.

— Порадуйте нас чем-нибудь, — сказала Крис, — а то вокруг что-то странное творится.

— Не то слово, — согласился младший офицер.

У входа в кают-компанию стояли два космических пехотинца. Внутри дежурили еще двое. Крис не видела настолько усиленной охраны с тех пор, как противостояла капитану Торпу на «Тайфуне».

Во главе длинного обеденного стола, покрытого белой льняной тканью, сидел коммодор. Шесть шкиперов PF сидели по правую сторону от него. Слева, напротив двери, остался один свободный стул и еще один напротив коммодора на другом конце стола. Томми занял свободное место на стороне капитанов PF, а Крис уселась напротив коммодора.

Как просительница? Или мятежница?

Через мгновение она откроет рот, произнесет Слово и навсегда заклеймит себя тем, что скажет. Но ничего не могла с собой поделать. В этом деле Лонгнайф никогда не были хороши. Взвесив варианты, Крис решила, что сейчас не время нарушать традиции.

Джек занял угол, откуда мог наблюдать за всей кают-компанией. Обменялся взглядом с сержантом-пехотинцем, обоюдно решили, что они оба альфа, и вернулся к тому, что обычно делает сотрудник службы безопасности, когда все вокруг надежно заперто. Пенни заняла место подальше от стола, но поближе к Крис, чтобы можно было до нее легко дотянуться.

— Рад видеть среди нас офицера разведки, — начав встречу без вступления, сказал коммодор. — Начнем с поздравлений, они сейчас более уместны, чем запрос на загрузку данных. Значит, лейтенант Лиен, вам удалось связать себя узами брака до того, как все стало настолько интересно.

— Так точно, сэр, — сказал Томми и поднялся. — Разрешите представить мою жену, лейтенанта Лиен. Хотя ее бейджик уже немного устарел.

Пенни покраснела, выглядя сейчас мило, как невеста, а не офицер Космофлота.

— Слушаем! Слушаем! — раздался дружный клич.

Крис дождалась, когда наступит тишина и поинтересовалась:

— Мы что-нибудь знаем о незваных гостях?

— К сожалению, нет, — прорычал коммодор. — Я получил больше данных от шкиперов, чем из собственных источников. Командная сеть явно бесполезна. Похоже, полковник из Генштаба лично посетил военные объекты на космической станции. Его приказы состояли в том, чтобы не делать ничего такого, что может оскорбить приближающиеся корабли. Прекратить сканирование, отключить защитные системы, сделать им приятное или, еще лучше, вообще не упоминать о них в сообщениях, — коммодор нахмурился. — Я об этом знаю только потому, что отправил старпома в командный центр флота выяснить, почему сеть стала внезапно тихой. Никто не видел необходимости отдавать какой-либо приказ такому старью, как «Кушинг». В любом случае мы, похоже, ложимся на спину и притворяемся мертвыми. Но официально ничего на этот счет нет.

Крис оглядела сидящих за столом, на шкиперов маленьких PF, своих сверстников, на самых близких друзей, которые у нее появились во взрослой жизни. Как они отнесутся к тому, что она собирается делать? Крис медленно поднялась.

— Над нашей планетой нависла смертельная угроза. У нас, здесь собравшихся, у единственных в руках сила, способная встать между линкорами и нашими семьями. Нашими близкими. Пока правительство ищет пути, как поступить, нас просят отойти в сторону. Ничего не делать, — Крис медленно покачала головой. — Мы воины. Мы знаем, что если нас через четыре дня нас позовут в битву, нам понадобится каждая секунда, чтобы подготовиться к ней. — Присутствующие закивали. Правда, не все. Не все были с Вардхейвена. Поймут ли они, что эта битва и их тоже?

Крис глубоко вдохнула, на секунду задержала дыхание и сделала решительный шаг.

— Я принцесса Кристина Энн Лонгнайф. По праву крови, по праву имени, по праву титула с этой минуты принимаю на себя командование эскадрильей. Кто-нибудь из вас хочет оспорить мое право?

Шкиперы уставились на нее. Кто-то даже в удивлении поднял бровь. Фил и Чандра, было, нахмурились от ее такого удачного хода. Лицо коммодора осталось стандартно-кирпичным для Космофлота, то есть прочесть по нему что-то не вышло.

А потом открылась дверь и мимо охранников-космопехов протиснулась коммандер Сантьяго.

— Я пропустила что-то важное? — спросила она, усаживаясь у правого локтя коммодора.

— Всего лишь заявление принцессы, что она берет на себя командование моей эскадрильей, — проворчал коммодор.

— Ох, всего лишь. Хорошо, тогда я еще не опоздала, — сказала Сантьяго и посмотрела на Крис. — Итак, принцесса Лонгнайф, как мы будем сражаться с этими ублюдками.

Крис моргнула. Она ожидала сопротивления. Контраргументов. Компромиссов. Чего угодно, только не придумывать ответа прямо сейчас.

— Всем, что у нас есть, — сказала Крис. — И всем, что сможем достать в ближайшие три дня.

— Неплохое начало, — кивнула капитан эсминца.

— Пойдете за ней? — спросил Фил, и в голосе прозвучало недоверие, растекшееся по палубе.

— Фил, — Сантьяго посмотрела на него. — Филипп Тауссиг. Ты же сын адмирала Тауссига, я права?

— Да, мэм.

— Слушайте, лейтенант, у нас тут первоклассный бардак, согласен? — Фил кивнул. — Политиков, да благословит их бог, встряхнули так, что носки слетели, и они сейчас ищут новые. Когда, наконец, решат, что делать, скорее всего, бросят эту горячую картофелину в наши нежные ладошки. Как мне кажется, мы можем следовать чьим-то приказам и ничего не делать, или может воспользоваться юридической фикцией принцессы Лонгнайф и что-то сделать. Через три дня то, что мы будем делать все последующие часы с этого момента, может спасти нам жизни. Мне дали возможность спрятаться за устными приказами, оставленными бесстрашными офицерами генерального штаба или спрятаться за официальное заявление принцессы Лонгнайф… — Коммандер пожала плечами. — Рискну спрятаться за Лонгнайф. Тем более что, подозреваю, когда мы накинемся на линкоры, мы будем следовать в шлейфе принцессы. Вы же поведете нас на битву, ваше высочество?

— Черт возьми, да, — сказала Крис. Есть и такие минуты, когда принцессы не обращают внимания на свой язык.

Ее слова услышали все. В ответ Крис увидела сомнение, но не у всех. Крис придется все это время держаться впереди их всех.

— Вардхейвен — мой дом. Я намереваюсь битья за все, что люблю. Кто-то из вас с Питтс Хоуп, Санта Марии, из других мест. Я могу сказать, что это не ваша битва. — Никто согласно не кивнул, но она видела, что некоторые так думают. — Хорошо это или плохо, но Вардхейвен попал в такие неприятности потому, что мы решили помочь другой планете, попавшей в беду. Теперь проблемы появились у нас. Мы должны сражаться вместе, бок о бок, все, как один. Если мы этого не сделаем, те, кто дернул за ниточки в Бойнтоне и Вардхейвене, в следующем месяце начнут дергать ниточки в Питтс Хойп, Лорна До, Турантике. Или в следующем году. Или мы сейчас будем драться вместе, или скоро никому из нас не будет нигде пристанища.

— Расскажи это спартанцам, — вздохнула Хизер Александр. — Знала же, что есть причина, по которой я ненавидела уроки истории.

— Это несправедливо, — сказала Бэбс. — Шансы…

— Паршивые, я знаю, — согласилась Крис. — И все, что у нас есть — наши двенадцать PF.

— И моя «Хэлси», — многозначительно добавила Сэнди.

— Не забывайте о «Кушинге», — сказал коммодор. — Может, старый реактор и не годится для высокоскоростного полета, но снарядов у меня полно и стрелки отличные. — Это замечание вызвало улыбки у капитанов PF.

— И мишени-приманки, — сказала Крис.

— Мишени-приманки? — удивились старшие офицеры.

— Линкоров из них не выйдет, но, возможно, если мы настроим их как легкие крейсеры, а эсминец отбуксирует их в сторону, они отвлекут на себя огонь на какое-то время.

— Все, что заставит их зря потратить несколько выстрелов, пойдет нам на пользу, — согласился коммодор.

— Каждый выстрел, не направленный в катер, увеличит шанс попасть в цель, — сказала Крис и, вопреки себе, улыбнулась. — У нас три дня, чтобы сделать все возможное, чтобы улучшить наши шансы. Тут по соседству верфь Нуу. Если дедушка Эл не откроет ее нам, я найду другой способ. Перелезу через забор или сделаю подкоп. Чандра, ты как-то говорила о ракетах на катерах. Использовать пусковые установки «Фоксер» для чего-то смертельно опасного.

— Думаешь, сможем получить доступ к новым ракетам высокого ускорения AGM-944? — спросила Чандра.

— Должен быть какой-то способ. Последний раз, когда я проверяла, армия была на нашей стороне, — сказала Сантьяго.

На мгновение глаза Сингх сверкнули, потом она тряхнула головой, словно сбрасывая наваждение.

— Движки PF холодные. Их заглушили почти четыре недели назад. Понятия не имею, в порядке ли электроника. Катера не предназначались для хранения. Когда нашу деятельность приостановили, не дали их даже законсервировать.

— Тогда лучше начать их тестировать прямо сейчас, выявлять проблемы и вернуть их в сеть, — сказала Крис. — Мы их однажды уже оживили. Можно попробовать сделать это еще раз.

— За три дня? — удивился Тэд Рокфеллер.

— Если нужно, то и за меньший срок, — отрезала Крис. — У нас будет целая верфь. Если чего-то нельзя достать в доках Нуу, значит, такого еще не изобрели. Если что-то вам нужно, и оно у него есть — оно ваше.

— А кто платит? — спросил коммодор.

— Предоставьте дедушка Эла мне.

— Не думаю, что придется легко, склеивая катер скотчем, клеем и жевательной резинкой, — с ужасным акцентом сказал Томми и расплылся в улыбке.

— Не думаю, что вообще кому-то придется легко, — сказала Хизер.

— Попробую вспомнить подробности работы военно-космической базы, — сказал коммодор и поднялся, заканчивая встречу. — Капитаны, завтра в восемь ноль-ноль я хочу получить полный отчет о состоянии ваших кораблей. Принцесса Кристина, могу я ожидать от вас к этому времени, какие ресурсы будут доступны нам в доках Нуу?

— Да, — ответила Крис, отметив, как деликатно коммодор отдал приказ человеку, перехватившему у него командование. Крис захотелось хотя бы раз вступить в бой с цепочкой командования, не похожей на швейцарский сыр. Ничего забавного в драке с такими условиями она не видела.

Назад