Назад
Майк Шеферд. Непокорная

Глава 14

До контакта 8 часов 45 минут

 

Дежурный лейтенант уставился на новостную ленту Вардхейвена. Наконец, оттуда пришло кое-что новенькое.

— Вы это видите? — поинтересовался офицер разведки.

— Смотрю, — буркнул дежурный лейтенант, сделав глоток из тысячной чашки кофе на этом дежурстве. Холодное, слабое, отвратительное. Кофе, в смысле. Впрочем, и полученная новость тоже.

— Если неопознанные военные корабли не идентифицируют себя в течение часа, — так сказала женщина-ведущая.

Используют для озвучивания таких слов женщину. Лейтенант покачал головой. Ох уж эти Лонгнайф.

— Мы начнем оборонительные действия, поскольку это наше право при самообороне. Экипажи приближающихся кораблей предупреждаются, что если они предпримут какие-либо враждебные действия против наших войск, Вардхейвен вправе ответить вражеским силам и тем, кто их послал, всеми доступными силами. Приближающиеся суда предупреждены что им следует приготовиться в высадке на борт таможенных инспекторов, а также инспекторов по карантину животных и растений, и инспекторов по борьбе с наркотиками.

Лейтенант чуть было не подавился кофе.

— Извини, — сказал он технику, на которого попали брызги уже холодного напитка. Вытер руки.

— Все в порядке, сэр, — сказал техник. — Сэр. Они это все серьезно? О высадке к нам на борт?

— Блефуют, — сказал другой техник.

— Да, шутят, — кивнул лейтенант.

— Ну, теперь-то разбудите адмирала? — спросил по связи офицер разведки.

— Зачем?

— Затем, что это первое полученное нами сообщение с Вардхейвена. И это ультиматум.

— Его написал какой-то юморист, потерявший всякую связь с реальностью, — сказал лейтенант, допивая кофе. — Нет, думаю, адмирал может спать спокойно дальше. Я разбужу его за пятнадцать минут до истечения срока ультиматума и он сможет составить ответ, пока будет бриться.

Из динамика связи раздались какие-то непонятные звуки, на которые лейтенант не обратил внимания. Вардхейвен все еще лежал перед ними в ожидании, когда его возьмут. Пара отвратительных звуков, но это всего лишь защитный инстинкт… инспектора растений, надо же… В общем, никакой необходимости беспокоить адмирала.

Помощник принес очередной термос с кофе. Лейтенант попробовал. Неплохо. Не хорошо, но неплохо.

— Передай адъютанту адмирала, чтобы через сорок пять минут, когда я разбужу адмирала, его ждала чашка хорошего, горячего кофе.

— Он захочет, чтобы к ней прилагались хорошие новости, — заметил техник.

— Инспектора по наркотикам. Мы им такие лекарства покажем для проверки, только держись, — сказал другой.

Ходили слухи, каким способом Петервальд зарабатывают деньги. Несомненно, эти слухи распространяют Лонгнайф.

— Смотрите внимательней за своими рабочими панелями. Дайте знать, как только что-нибудь изменится, — предупредил лейтенант.

Женщина, выступающая от имени Вардхейвена, выглядит как котенок, бросающий вызов в окружении голодных собак. Возможно, адмирал примет у нее капитуляцию уже сегодня до полудня. Но глубоко внутри лейтенанта зародилось подозрение, ничем не подкрепленное, даже принимаемыми сведениями со стороны Вардхейвена, что за этими словами скрывается нечто большее.

— Следите за своими рабочими панелями, — повторил он.

 

До контакта 8 часов 30 минут

 

Крис нырнула в свою каюту, переодеться. Белая форма хорошо выглядит для речи перед войском, но вот значок Ордена Раненого Льва, протыкающий грудь на трех g ей совсем не нужен. На трех g многие вещи вырастают из мелких неприятностей в серьезную проблему.

Крис в последний раз глянула в зеркало. Все еще она. Причудливой формы больше нет, теперь на ней удобная и практичная форма, подходящая для той работы, которой она сегодня займется. Только она, экипажи эскадрильи, катера и несколько мерзких, могучих боевых линкоров, полагающий, что у них есть все, что им нужно.

— Что ж, на нашей стороне свободные женщины, свободные мужчины, готовые рискнуть и сказать вам категорическое нет, — сказала она самой себе. — Так давай сохраним Вардхейвен таким, каким хотим он нам нравится.

«Хэлси» оживал, экипаж носился по коридорам, выполняя различные поручения. Сэнди как была на мостике, так там и осталась.

— Какие-нибудь новые сюрпризы? — спросила Крис.

— Пока нет. Матрица датчиков снова в сети, но данные остались прежними, разве что теперь с тремя знаками после запятой.

— Береги себя, Сантьяго. На этот раз мы позаботимся, чтобы в исторических учебниках все было записано правильно.

— И ты береги себя, Лонгнайф. Учебники истории сочиняют историки. Они никогда не поймут ничего правильно, пока не высунут нос из своих безопасных библиотек и не появятся здесь, где все и происходит.

— Наверняка среди наших людей найдется хоть один историк. У нас есть кто угодно, от пиратов до детей.

— Извините, — раздался тихий голос. — Я что-то пропустил?

— Крис, позволь представить моего любимого репортера. Уинстон Спенсер. Это принцесса Кристина. Сегодня командует она.

— Ваше высочество, — Уинстон глубоко поклонился. — Лейтенант. — Нахмурился и посмотрел на Сэнди. — Коммандер? Разве капитан базы Космофлота сейчас не выводит контейнеровозы? А вы утверждаете, что приказы отдает принцесса Кристина. Здесь какая-то загадка?

— Выживи сегодня, — загадочно улыбнулась Сэнди, — и ты ее разгадаешь. Если хватит мозгов понять.

— Хм-м, — сказал он, а Крис покинула Сэнди со своим Джеймсом Босуэлом1.

Крис обнаружила Томми на мостике PF-109, залезшего под одну из консолей так, что только ноги наружу торчали. Рядом стояла Финч.

— Нет, — бормотала Пенни. — Снова нет. Да! Нет. Нет. Вот! Замри!

Пока Томми и Финч закачивали делать то, что делали, Крис стояла, не проронив ни слова.

Томми выкатился из-под консоли, увидел Крис, улыбнулся.

— Кое-что осталось неисправно после вчерашней работы Бени, либо, исправляя то, что он исправлял, толкнул локтем невзначай что-нибудь.

— Что-то толкнул локтем, — эхом повторила Пенни.

— Мы все исправили, к вылету готовы, — сказала Финч, потом нахмурилась и осмотрелась. — Нужно объявить всем, что вы на мостике появились или что-то в этом роде?

— Думаю, лучше будет отложить, пока не добудем парочку шкур линкоров, чтобы прибить их на стены клуба «О», — сказала Крис.

— Ага, если девочка пользуется флотскими словами вроде «отложить», — еще шире улыбнулся Томми, — у нее в жилах достаточно соли, а мы не напрасно тратим время. Либо уже усвоили все уроки, либо уже поздно.

— Готов ли старый катер к полету?

— Готов настолько, насколько вряд ли когда-либо был или будет, — отсалютовал Томми.

— Будет готов, как только найдете для меня местечко, — раздался новый голос. Крис уставилась на невысокого мужчину средних лет с небольшим портативным компьютером в руках. За его спиной трое докеров тащили установку для контроля высокого ускорения, рабочее место и ящик с инструментом.

— Я — Муса. Ваш ворон.

— Ворон? Муса? Мой? — непонимающе повторил Томми.

— Ага, — кивнул мужчина, отступив в сторону. — Будет здорово, если вы определите мне местечко рядом с разведывательным пультом. Там все это должно работать лучше всего. Вы сделали так, чтобы яхты могли притвориться PF, но эта установка может немного помочь, если вы решите притвориться яхтой. Сами знаете, какие звуки издают гражданские суда, так вот, Космофлот выложил кругленькую сумму, чтобы звук ваших кораблей был похож на них.

— И вы пришли, чтобы изобразить такие звуки, — сказал Томми.

— Ага. Не возражаете? Мне дали это задание в последнюю минуту. Мы, вороны, решили, на каждый PF отправить по человеку.

— Я слышала об этом. Тебе решать, Томми, — сказала Крис.

Один из докеров уже опустился на колено, держа наготове дрель. Но только наготове. Он вопросительно смотрел на Крис, Томми и Пенни.

— Слушайте, я не знаю, кто из вас троих тут командир. Так начинаю сверлить или как?

— А сможете просверлить уни-плекс? — поинтересовалась Крис. В отличие от «умного металла», «полуумный металл», используемый в PF, можно реорганизовать всего два раза. А если попробовать в третий, он неизменно рассыпется. Политика Космофлота заключалась в том, чтобы, по возможности, заменить наименее используемые части именно дешевым уни-плексом.

— Конечно, мэм, мы постоянно это делаем, — кивнул докер.

— И вы будете изображать нужный шум, — сказал Томми.

— Послушайте, ребята, — Муса раздраженно сжал губы, — смотрю, у вас тут классная станция ANG-47SW. Спорю, вы оставите ее на сладкое. С ее помощью можно узнать о том, с чем столкнетесь, заранее, верно?

Пенни кивнула.

— Ну а что будете делать с тем, что обнаружите? Надеюсь, у вас есть готовая программа для такого развития ситуации. Надеюсь, сможете рассчитать модификацию для этого очень быстро.

— Я на это надеюсь, — раздался с шеи Крис голос Нелли.

— А, точно, меня же об этом предупреждали. Слушайте, вы можете рассчитывать на то, что у вас есть, или можете рассчитывать на меня. При мне мой собственный набор хитростей. Есть нестандартные приемы. Знаете, некоторые старые вороны, вроде меня, о подобной заварушке грезили всю жизнь, выдумывали сами. У нас был долгий мир. А сейчас, похоже, мы на пороге небольшой войны. Не хотите дать мне шанс?

Крис глянула на Томми.

— Это твой корабль, Томми, — сказала Крис и на мгновение замолчала. — Знаю, что это тяжело, когда кто-то появляется на твоем мостике в последнюю секунду и говорит, мол, я могу выиграть тебе войну. Ну, я только что проделала подобное с капитанами буксиров. Сказала им, чтобы они сделали кое-что со своими кораблями, чем, возможно, помогут мне победить. Не знаю, — Крис пожала плечами. — Тебе решать.

— Отказаться вот от такого симпатичного черного ящика? — расплылся в улыбке Томми. — Сверли, мужик.

— Мне нужно будет подключиться к разведывательной станции. Наверняка, получится сделать свои входы/входы. Никаких других подключений.

— Хорошо, потому как если бы вы полезли в навигационную консоль, я бы тут же вышвырнул вас в космос.

— Вы немного обидчивы, да?

— Томми, что с катером? — спросила Крис.

— Время для последнего обхода. Хочешь со мной?

— Для меня это большая честь, шкипер.

— Только ничего не трогай, — хмыкнул Томми. — Нельзя допускать, чтобы штабные офицеры хватались за что ни попадя своими нежными ручками.

— Я буду только лишь проводить пальчиком в белых перчатках по разным поверхностям, проверять уровень пыли, — заверила его Крис.

Пенни устроилась за своим местом и спросила:

— Крис, уже слышала о нашем ультиматуме?

— Нет.

Пенни запустила запись.

— Узнаешь пресс-секретаря? — спросила она.

— Думаю, это дочь Пандори.

— Думаешь, они после этого назовут себя? — спросил Томми.

Крис покачала головой.

— А кто будет проводить проверку на наркотики, — спросил ворон.

— Мы, — ответила Крис и добавила: — Импульсными лазерами.

— Правильно понимаешь, — просиял Томми и пошел к выходу с мостика. Крис последовал за ним.

 

До контакта 8 часов 15 минут

 

— Теперь ты доволен? — Моджаг Пандори чуть не рычал, впрочем, как и во время предыдущих долгих дискуссий. — Ультиматум подан.

— Собираешься дождаться его истечения, прежде, чем приведешь наши силы обороны в состояние боевой готовности? — поинтересовался Уильям Лонгнайф.

— Наши силы обороны уже готовы, — отрезал Пандори.

Хонови успокаивающе положил ладонь на колено отца и легонько сжал его.

— Мы слышали немного не то, — тихо сказал Хонови, увидев, как краснеет от гнева отец.

— Слухи витают везде.

— Пообщайтесь с начальником штаба на базе.

— В этом нет необходимости, — сказала Куса, как обычно становясь на защиту отца. Хонови даже зауважал ее за это.

— Через мгновение мы вас покинем, — сказал Хонови, тем не менее даже не собираясь вставать. — Ублажите меня еще раз.

Сделали вызов.

— Адмирал Пеннипэкер, каков наш статус боевой готовности?

— Уровень защиты один, сэр. Наименьшее возможное.

— Самое низкое!

— Да, сэр, как вы и просили.

— Адмирал, рядом с нами Билли Лонгнайф, — сказала Куса, прерывая выяснение. — Возможно, вы слышали, что мы только что предъявили ультиматум летящим к нам кораблям. Как думаете, наверное, было бы разумнее перейти в полную оборонительною боевую готовность?

— Конечно, как только прикажет премьер-министр.

— Ну так я приказываю, — сказал временный премьер-министр с таким видом, словно его забеспокоил камень в почке.

— Ударная группа готовится вылететь с базы Космофлота Верхнего Вардхейвена и отправиться на перехват злоумышленников. Проследите, чтобы по истечении срока ультиматума они получили приказ действовать по своему усмотрению, — добавила Куса и бросила быстрый взгляд на Хонови. Тот кивнул в ответ.

— Ударная сила?

— Да, адмирал, — тут же ответил Моджаг. — Просто проследите, чтобы был введен уровень полной защиты и отданы соответствующие приказы. Понимаете?

— Да, господин премьер-министр. Понимаю. Мы будем сражаться.

— Да, — сказал исполняющий обязанности премьер-министра и скривился, как от физической боли, когда адмирал отключился.

— Могу предложить покинуть это здание? — Хонови поднялся.

— Уйти отсюда? — удивилась Куса, а отец и премьер-министр непонимающе уставились на него.

— Да. Раз мы собираемся сопротивляться, есть угроза планетарной бомбардировки с линкоров. Дом правительства, безусловно, будет в списке целей на одном из первых мест. Предлагаю быть отсюда где-нибудь подальше, когда начнется бомбардировка.

— Они не станут уничтожать здание, имеющее культурное и историческое значение, — уверенно заявил отец, а премьер-министр согласно кивнул.

— Они не посмеют, — поддержала Куса.

— Куса, джентльмены, враг намерен уничтожить Вардхейвен, как отдельное живое существо. В мире, которым правит Генри Петервальд, есть место только для одного правительственного центра, и он будет точно не на Вардхейвене. Поэтому по тому месту, где мы сейчас стоим, будет нанесен сильный лазерный удар. Я настоятельно рекомендую нам быть в это время в другом месте.

Как-то, оставшись наедине и вырвав обещание не рассказывать отцу, Крис рассказала Хонови о том, что Сандфайер намеревался сделать с ней на Турантике: преподнести ее Генри Петервальду обнаженной для долгих и смертельных сеансов пыток. Так вот, такие люди и не будут задумываться, надо или нет уничтожать несколько старых зданий. И уж точно не зданий, использующихся для управления целым миром.

— Я только что привел силы обороны Вардхейвена в состояние повышенной готовности. Я не покину командный пункт, — сказал Пандори. Может, в этом человеке на самом деле есть что-то от бойца.

— Тогда, пап, предлагаю оставить их на посту, а самим уходить.

Бывший премьер-министр хмуро молчал, пока они выходили из кабинета премьер-министра. Как только оказались в пустой приемной, отец спросил:

— Сестра подговорила? Что ты мне не договариваешь?

— Пап, ты не очень хорошо отреагировал на ее прежние обвинения в адрес Петервальд. Скажем, она рассказала мне о нескольких неприятных случаях, и я склонен ей верить. В контексте вражеских кораблей, думаю, будет лучше, если нас не будет нигде поблизости от мест, связанных с государственными функциями или именем Лонгнайф.

— Восемьдесят лет мира создают определенный образ мышления.

— Да, пап. И тот, кто не сломает его, может обнаружить, что именно это и будет указано причиной его смерти.

Хонови ускорил шаг. Ботинки гулко ступали на полированные деревянные полы и эхом отражались от украшенных портретами залов Дома Правительства. Здание выглядело пустым и безлюдным.

Билли Лонгнайф пришлось поспешить, чтобы не отстать от сына.

 

До контакта 7 часов 55 минут

 

Адмирал сполоснул лезвие бритвы под горячей водой, слушая отчет дежурного лейтенанта. Начальник штаба Бхутта Сарис, уже успевший принять душ, побриться и одеться в голубой мундир, стоял по другую сторону.

— Значит, на базе Космофлота присутствует Лонгнайф, — прервал адмирал младшего офицера.

— Да, сэр.

— Король Рэй, — задумчиво произнес адмирал. — Он может стать проблемой. Билли стал бы всего лишь искать там себе голоса.

— Молодая женщина, принцесса Кристина, — сказал Сарис. — Светская львица с военной подготовкой. Она влезала в наши тайные дела, которые считала «черными экономическими операциями Гринфельда», и выжила благодаря удивительной полосе удачи.

Именно так в отчетах разведки и говорилось: «Удивительная полоса удачи», «Поразительная удача», «Удача сверх обычного ожидания». В командно-штабном колледже учили, что удача — это не стратегия. Очевидно, в месте, считающимся школой шпионской подготовки Гринфельда, удача стояла на первом месте во всем, что связано с Лонгнайф.

— Чего опасаться нашей эскадрильи от простого лейтенанта? — поинтересовался дежурный лейтенант.

— Опять же, какой ультиматум они нам предъявили? — адмирал закончил брить другую щеку, выслушивая текст ультиматума повторно. — Они хотят знать, кто мы такие? И хотят осмотреть наши корабли, как какие-нибудь бродячие грузовики, а?

Присутствующие вежливо посмеялись над шуткой, пока адмирал смывал оставшееся мыло с лица.

Вытерся. Денщик принес форму с нацепленными медалями. Пожав плечами, адмирал сказал:

— Когда истечет срок ультиматума, перестаньте отправлять сообщения. Я хочу, чтобы мы стали тихими. Они хотят ответа, так пусть глотают холодную статику. Они получат ответ, когда я решу его дать, и ни минутой раньше.

— Да, сэр, — сказал дежурный лейтенант и заговорил по коммуникатору.

Адмирал отпил кофе.

— Замечательно, — он кивнул стюарду, принесшему напиток. — Вы превзошли сами себя. Вы и ваши люди. Передайте им мою благодарность.

— Передам, сэр, — коротко поклонился стюард и ушел.

— Значит, они решили отпустить пассажирские лайнеры, — сказал адмирал. Бхутта кивнул. — Неужели вы решили, что Лонгнайф снизойдет до того, чтобы использовать пассажирский лайнер с беженцами, женщинами и детьми с других планет, чтобы попытаться уничтожить один из наших кораблей?

— Во время войны с Итич Рэй Лонгнайф был весьма кровожаден. Я бы не стал упускать такую возможность.

— Я не хочу начинать войну, расстреливая корабли с гражданами полдюжины не имеющих к нашим делам планет. Передайте сообщение капитанам. Если лайнер приблизится к нашим кораблям на расстояние пятнадцати тысяч километров, пусть подобьют его. На каждом нашем корабле есть артиллерийское орудие Е. Давайте продемонстрируем им, какие у нас опытные стрелки. Им нужно вывести из строя двигатели, не взорвав при этом реакторы. Понятно? Я не хочу, чтобы какой-нибудь линкор врезался в лайнер, но я также не хочу, чтобы газетчики заклеймили нас убийцами мирных жителей.

— Понимаю, сэр, — сказал Сарис, когда они вошли на мостик.

— Сэр, — тут же вскочил главный техник, — шеф разведки сказал, что вы захотите это увидеть. Вардхейвен полностью готов к обороне.

— Покажи мне, — приказал адмирал.

Дежурный лейтенант, как щенок, был повсюду, стараясь все увидеть и показать все сразу. Адмирал сразу увидел то, что хотел. Обычно космическая станция подавала электроэнергию вниз по лифту в электросеть планеты. Сейчас эта линия была пуста. Не нужно пояснений, чтобы догадаться, что эту энергию поглощает оборона космической станции. Шла зарядка лазеров, конденсаторов. Да, оборона станции была запущена.

Адмирал увидел все это, поскольку другие источники давали ему больше данных, чем он мог переварить. Наконец, он отвел бедного младшего офицера в сторону.

— Ты правильно сделал, что дал мне поспать. Твой доклад был точным и по делу, но теперь я не сплю. Мои глаза открыты. Так что будь хорошим мальчиком и отвечай только на те вопросы, которые я задаю.

Щеки парня порозовели. Но он кивнул и занял место позади троицы техников. Хорошо. Замечательно.

Адмирал обратил внимание на свой боевой пульт. Скоро ему предстоит вступить в бой с направленными на лазерные установки станции хрупкими двигателями. Но именно таков был приказ.

— Иди прямо, — говорил Генри Петервальд. — Прямо на них. Я хочу превратить Вардхейвен в пещеру, развалить, как карточный домик.

Что ж, этот карточный домик начал издавать звуки, словно собирался отстреливаться.

— Может, вселить в них немного страха? — спросил Сарис.

— Нет, нам нужно придержать в рукаве несколько сюрпризов. Давайте позволим им думать, что они знают, с чем придется столкнуться через несколько часов. Увеличьте торможение с одного до 1,05 g. Дайте нам небольшую подушку на случай, если придется на некоторое время перестать тормозить.

— Нравится уворачиваться от пассажирский лайнеров или стрелять по станции?

— Или что-то вроде этого.

 

До контакта 7 часов 45 минут

 

Томми начал заново знакомить Крис с катером с кубрика. Здесь за пусковыми трубами для «Фоксеров», а теперь и для ракет AGM-944 наблюдал помощник наводчика.

— Все еще тягаешь тяжести, Ками? — поинтересовалась Крис.

— Дважды в день, — ответила женщина, даже не поднявшись с места, буквально похороненная посреди четырех огромных канистр для перезарядки. — Не волнуйтесь, мэм, если один из тех щенков даст осечку, я надеру ему задницу.

— А если понадобится помощь, только позови, — донеслось из соседнего отсека.

— А если тебе, здоровяк, понадобится помощь в твоем маленьком лазерном отсеке, ты тоже знаешь, кого можно позвать, — крикнула в ответ Ками.

Судя по всему, сделка, заключенная Крис с оружейным подразделением, все еще была в силе. Кубрик был тесен еще до того, как сюда занесли установки для пуска 994-х. Четыре пусковые трубы, питаемые четырьмя канистрами, доверху заполненными энергией, и для «Фоксеров» тоже несколько запасных канистр, так что стало еще теснее. И над всем этим распоряжалась Ками.

Сразу следом расположился лазерный отсек. Четыре длинноствольных импульсных лазера, собственно, и ставшие причиной существования PF-109. Здесь распоряжался энсин Сатем, швед. Он и еще два механика следили за тем, чтобы в ответственный момент, когда катеру нужно было что-нибудь подбить, это было сделано.

— Есть проблемы? — спросил Томми.

— Не о чем беспокоиться, — ответил Сатем. Он с двумя механиками проверяли лазер под номером три. — Обычная проверка. Никаких сюрпризов, сэр. Мэм. Только покажите нам линкор, а мы уж наделаем в нем дырочек. Посмотрим как хорошо они дышат вакуумом.

Следующим на этой палубе был, собственно, мостик. Сейчас на нем распоряжались только Пенни и Финч.

— А где наш ворон, который Муса?

Финч жестом показала, что тот где-то внизу. Томми и Крис спустились на палубу ниже. Радиорубка Спаркс выглядела так, словно уже получила удар. Энсин Ханг Тран, а с тех пор, как начала работать в Технологическом институте Вардхейвена, ставшая Спаркс по причинам, которые отказалась озвучивать, стояла над четырьмя подчиненными электронщиками, согнувшимися над двумя открытыми черными ящиками.

— Не та панель, — сказал Муса. — следующий.

Крис огляделась. Вот радио, радар, магнитное оборудование, сеть, глушилки, шумогрушители, контроллеры антенн, расположенных вокруг корпуса катера. Новое оборудование с наспех нанесенными через трафарет названиями, вроде «Маскировка», «Приманка», одна вовсе «Черный котел 4.5» мало что ей говорили.

— Есть проблемы? — спросил Томми.

— Да, — сказала Спаркс.

— Нет, — одновременно с ним заявил Муса.

— Есть, в чем вы оба согласны? — поинтересовался Томми.

— Не могли бы вы, девушка, спросить у другой девушки, появился ли у нее цвет?

Крис не сразу догадалась, что она и есть девушка, которой надо спросить у другой девушки. Она подняла люк и крикнула:

— Пенни, огоньки у тебя появились?

— Нет. — Пауза. — Да. Увидела. Но, черт возьми, мне совсем не нравится, когда они мигают и выключаются.

— И мне нет. Кто-нибудь, передайте мне скотч.

— Скотч? — голос Томми, учитывая все обстоятельства, оказался удивительно спокойным. — Вы устанавливаете на мой корабль оборудование с помощью скотча?

— Там прочная плата. Скотч всего лишь не позволит ей шевелиться. Передайте пенопластовую прокладку. Обе.

— Выдержит ускорение на три g? — спросил Томми.

— Должна, — ответил старик, заматывая плату скотчем.

— Спаркс, есть способ как-то понадежнее обезопасить эту штуковину?

— Сэр, я ни за что не прикоснусь к этому. Это макетная панель. Черт, сэр, эту панель еще не протестировали как следует.

Муса осмотрел сделанное придирчивым взглядом и сказал:

— Да, кое-что есть экспериментальное. Флот отбыл со всем, что было хорошим, кошерным, купленным по контракту и задокументированным всеми способами до воскресенья. И, если вам важно мое мнение, так там половина просто не работает, а другая половина давно устарела. Вот то, что должно быть у флота. И было бы, если бы закупщики имели хоть какое-то представление, что на самом деле происходит. В любом случае, сейчас у вас есть все, что мы можем дать.

— Нельзя терять датчики, — заметил Томми. — Без датчиков мы станем глухими, немыми и слепыми. Без сенсоров мы не сможем найти линкор и стрелять по нему. Понимаете?

— Я вас понял. Вы больше доверяете своим датчикам. А я не позволю сенсорам плохих парней видеть вас.

Томми покачал головой.

— Уверена, что это хорошая идея? — спросил он у Крис.

— Резервистам на ловушках пришла идея привлечь этих людей. Они уверены, что они нам нужны, Томми. Я знаю недостаточно, чтобы говорить против.

— Что думаешь, Спаркс? — спросил Томми.

— Мой любимый профессор в колледже, Док Марли, говорил, что как бы хорошо все ни выглядело, работа никогда не будет сделана, пока не будет сделана полностью, проверена и задокументирована. Не думала, что в этом деле может участвовать скотч, — фыркнула она. — Но, когда дозвонилась до профессора Марли, с удивлением обнаружила, что он сейчас на PF-105, работает с Сингх. Я поинтересовалась, почему не здесь, со мной, на PF-109. Он сказал, что Муса — лучший ворон. Нужно радоваться, что он здесь и не злить, потому что он сделает все чин-чинарем, пусть и без документации, особенно когда над нашими головами разверзается ад. — Спаркс покачала головой.

— Думаю, вот и ответ на твой вопрос, — сказал Томми.

— Я продолжу работать здесь, внизу, — сказал Муса. — Я так понимаю, вы планируете делать резкие развороты на трех g?

— Что-то вроде этого, — кивнул Томми.

Муса поджал губы.

— Для оборудования это не важно. Ладно, посмотрим, что мы тут сможем сделать.

— Был бы очень признателен, — сказал Томми и повел Крис на корму.

Остановились в пустом квартердеке.

— Что о нем думаешь? — спросила Крис.

— Выглядело дико, когда он пришел и наговорил все это, но у нас впереди сражение дюжины маленьких катеров и всего, что смогли выдоить из яхтенных доков, против шести линкоров. Поэтому мне до сих пор не кажется самой разумной вещью, что я позволил тебе уговорить себя на такое.

— Ты же не хочешь превратиться в скучающего старого женатика, а?

— Мама с папой на это не жаловались, но так и быть, давай прямо сейчас заглянем в машинное отделение.

Там, под пристальным взглядом старшины, Тонони вместе с двумя механиками проверяли инжекторы антивещества. Рядом стоял докер с инструментами и… запасными форсунками.

Когда заявились Томми и Крис, старшина как раз скомандовал:

— Передай им новый.

— Проблемы, старшина? — спросил Томми.

— Пока нет. Не после того, как мы заменили сто двадцать процентов двигателя, сэр, — с натянутой улыбкой ответил старшина.

— Это сертифицированные детали, старшина, — докер аж побледнел.

— Наверняка сертификаты выдавала чья-то домашняя обезьянка, — выпалил в ответ старшина.

— Нам нужны еще запчасти? — спросил Томми.

— На пристани стоит тележка с ними, — сказал докер.

— Думается, что там давно пусто, — хмыкнул старшина.

— Это вторая загрузка, — сказал человек с доков Нуу. Крис сразу бы и не сказала, пытается он помочь себе или копает глубокую яму.

— Было бы неплохо, если бы мы смогли стартовать где-нибудь в этом году, — с некоторой долей задумчивости проговорил Томми.

— Двигатель выполнит любую команду как только вы ее отдадите.

— Нелли, отошли Рою сообщение. Пусть перевезет на буксиры запчасти для двигателей, лазеров и электроники PF. Пусть опустошит склады. На складах они пользы не принесут, а нам могут понадобится.

— Он получил сообщение, — ответила Нелли. — Первая реакция была непристойной, но он приказал складам перевести все на буксирную площадку.

— Спасибо, Нелли.

— Не беспокоишься, если сообщение перехватят? — спросил Томми.

— Сейчас на станции и вокруг нее должно быть достаточно движения, чтобы затопить их коммуникационное оборудование. Думаю, они взломают мое сообщение-–минут через пять после того, как я вышвырну их из космоса.

Томми усмехнулся и вошел вслед за Крис на мостик. Пенни посмотрела на них.

— Отлично, а то я уже хотела посылать за вами. У нас сообщение для всех.

На экране появился незнакомый мужчина, судя по всему, адмирал Пеннипэкер, председатель генштаба.

— Оборона Вардхейвена приведена в полную боевую готовность. Мы собираемся выпустить ударную группу из Верхнего Вардхейвена для перехвата злоумышленников. В ответ на наш ультиматум они замолчали и увеличили торможение. Если это свидетельствует об их добрых намерениях, хорошо. Если нет, дадим им знать, что Вардхейвен будет защищаться изо всех сил.

— Ну разве такая речь не взбудоражит мою кровь? — буркнул Томми.

— Нет, — сказала Пенни.

— Сможешь соединиться с «Хэлси» по защищенной стационарной линии?

— Сделаю, — ответила Пенни.

— Сэнди, что думаешь о заявлении Пеннипекера? Есть ли что-то хорошее в том, что делают линкоры?

— Разве что в мечтах Пеннипекера. Начав тормозить немного сильнее, они могут повернуть корабли немного позже, чтобы защитить себя от нас, когда понадобится, и, при этом, не промахнуться мимо станции. Еще они стали больше контролировать выбросы. Сейчас они выглядят, как шесть больших дыр в космосе. Сообщений оттуда почти нет. Не совсем то поведение, которое ждешь от дружелюбных посетителей.

— Сообщи всем, мы получили лицензию на охоту. Теперь все наши действия законны. Открыт сезон на линкоры и мы можем уложиться в лимит.

— Замечательно. Уверена, Луна и ван Хорн тоже будут в восторге.

Отключившись, Крис залезла рукой в карман и повернулась к Томми.

— У меня кое-что есть для тебя, капитан PF-109. Кажется неправильным, что тебе приходится вступать в бой единственным младшим лейтенантом, командующим PF, поэтому коммодор попросил ван Хорна побыстрее рассмотреть документы о твоем повышении. Поздравляю, лейтенант. Пенни, не хочешь оказать честь?

— Было так приятно, когда он служил под моим началом, — притворно надула губы Пенни, но встала, обошла свой пост, сняла с плеч Томми старые нашивки и прикрепила новые, что принесла Крис.

Отдав честь новоиспеченному лейтенанту, Крис устроилась в своем кресле. На ее панель приходила информация со всего катера. Крис сделала небольшую поправку, и теперь на панели отражалась информация всей Эскадрильи. У PF-111, которым командовала Бэбс, двигатели еще не работали… опять.

Пришло время брать все в свои руки.

— Фил, ты возглавляешь Первое Звено. У тебя PF-101, 102 и 103. Чандра, на тебе Третье Звено. Прихвати 104-й, и 111-й, если им удастся стартовать с пирса.

— Если меня подтолкнуть, я полечу, — отозвалась Бэбс.

— И PF-110. Хизер, держись поближе к Чандре. Для Третьего Звена у меня запланированы кое-какие перемещения.

— Бродячая лягушка не оторвется от твоего старого хвоста, Чандра, — заявила Хизер.

— Остальные, под началом PF-109, составляют Второе Звено, — продолжила Крис. — Отходить от пирса будем все вместе плотной группой. Пусть враг видит нас как можно меньше.

— Так когда стартуем? — спросила Хизер, задав вопрос, интересующих всех.

— Примерно через два часа, — сказала Крис.

— Целых два часа. Мы все постареем и поседеем. А у некоторых вовсе внуки появятся.

— Два часа. Держаться плотной кучкой. Ждать, — повторила Крис.

— Починить двигатель, — сказала Бэбс.

— Отремонтировать конденсатор, — добавил Энди.

Ждать.

—————

1 Шотландский писатель и мемуарист, слава которого основана на двухтомной «Жизни Сэмюэла Джонсона» — книге, которую часто называют величайшей биографией на английском языке.

Назад