Назад
Майк Шеферд. Непокорная

Глава 20

Крис лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку, прислушиваясь к дыханию, биению сердца, шороху белого платья. Слушала окружающие звуки… Ничего не делала.

Платье впивалось в плоть, но боль была в другом. Совсем не похожая на ту сухую боль, что съедала сердце и никуда не уходила.

Похороны Томми прошли красиво.

Крис никогда не присутствовала на католических похоронах. Отец считал, что такие семейные фотосессии не так хорошо работают на имидж, поэтому Крис избегала пустых политических панегриков. Что-то было одновременно и поэтическое, и уродливое в том, что молодой священник, прилетевший с Санта-Марии устроить свадьбу Томми, отслужил и похоронную мессу. Нет, священник утверждал, что это была месса Воскресения, празднование жизни Томми и надежды на будущую жизнь. Вот тогда-то Пенни его и потеряла.

Пенни так упорно старалась выглядеть респектабельной вдовой офицера Космофлота, старалась сдерживать слезы и вообще держаться твердо, но обещание будущей жизни и то, как ловко женщина-священник включила другого священника, со стороны Пенни, в этот Праздник Надежды, было уже слишком. Может, все обернулось бы по другому, не вернись к ней зрение и день не был бы прекрасным, весенним, небо не было бы таким темно-синим, что, кажется, продолжалось так далеко, что можно увидеть даже Рай. И пушистые облака, идеально подходящие для ангелов. И святых, как сказал священник с Санта-Марии с заметным ирландским акцентом.

Кто-то нашел волынщика, тот затянул сначала «Удивительную грацию», потом «Ты больше не вернешься домой».

И все плакали. Все, кроме Крис.

Она стояла с сухими глазами, как примерный Лонгнайф, наблюдая, как еще одного храброго солдата, погибшего за легенду о Лонгнайф, опускают в могилу. Скольких похоронил дедушка Рэй? А дедушка Троубл? Скольких похоронит сама Крис, если продолжит заниматься семейным ремеслом? Нельзя позволять себе сочувствовать каждому из них. Плакать за каждого. Если начнет сочувствовать и плакать, от нее ничего не останется. Может, разве, позволить поплакаться наедине с собой.

Ну вот, теперь она одна, а в глазах столько же влаги, сколько в пустыне. Не то, чтобы она себя чувствовала также. Боже правый, боль в груди просто невыносима. Но ни одной слезинки.

— Крис, ты здесь? — раздался из-за двери голос Джека.

— Уходи.

— Так и знал, что найду тебя здесь. Ты еще не проголосовала?

— Нет. И не собираюсь.

— Твой папа не обрадуется.

— Он выиграет или проиграет и без меня. Так даже лучше.

Ручка в двери задергалась.

— Дверь заперта.

— Я так хочу.

— Нелли, откроешь дверь?

— Да, Джек.

— Нет, Нелли. — Но Джек уже вошел внутрь.

— Извини. — Дверь снова закрылась.

— Отлично, Нелли. Сарай сгорел, лошадь осталась внутри.

— Извини, Крис, — повторила Нелли без всякого раскаяния. Еще один повод поговорить с тетушкой Тру об исправлении компьютера. Если предположить, что даже у тетушки получится исправить Нелли.

— Когда ты последний раз ела? — Джек уселся на стул у изножья кровати.

— Год или два назад, — буркнула Крис. — Не твое дело.

— Ладно. Судя по предварительным результатам, твое физическое благополучие вскоре может снова стать моим делом, несмотря на то, что ты отказываешься голосовать.

— Может, партия выберет другого премьер-министра?

— Если ты не заметила, фамилия Лонгнайф в последнее время приобрело новую, особую окраску. Не то, чтобы ты имела к этому какое-то отношение.

— Едва ли, — Крис покачала головой.

— Слушай, — нахмурился Джек, — судя по всему, за сохранность твоего тела ответственность снова буду нести я и, видя, как оно истаивает в ничто сейчас, мне кажется, тебе необходимо что-нибудь перекусить. Так что ты можешь выйти из комнаты, изображая леди или я переброшу тебя через плечо, как мешок с картошкой, и унесу. Что выбираешь?

— Прямо до кухни? — спросила Крис, оценивая сильные руки и задавшись вопросом, каково это чувствовать себя в них, пусть даже несколько мгновений. Но он угрожает бросить ее на плечо, а не нести на руках. Ничего достойного и веселого. Встряхнув головой, Крис заперла эту картинку в небольшой сейф, который у нее был для подобного… очень маленький сейф… и уселась.

— Я думал об особом месте. Где труженики, вроде нас с тобой, могут перекусить и выпить. Ничего личного и особенного.

— Нужно переодеться?

— Моряков кормят бесплатно.

— А офицеров?

— Ну, наверное, им придется платить. Не знаю. Давай, пойдем узнаем, пока там все места не позанимали.

Крис позволила себя уговорить выйти из комнаты и сесть в машину Джека. Он не шутил об особом месте. «Убежище контрабандиста» находилось в более суровой части города, недалеко от старого порта для шаттлов, рядом с промышленной станцией загрузки космического лифта. Джек припарковался напротив. Некрасивое помещение заполнило подвал старинного кирпичного дома. Ступеньки кривые и неровные. Деревянный пол темный и стерт парой сотен лет топтанием ботинок работяг. На стенах плакаты с рекламой разливного пива. Свет освещал только те места, где кирпичи проступали сквозь сколы штукатурки. Крис бывала в пабах университета, где пытались придать помещению похожую атмосферу. Здесь никто ничего не пытался, чистый оригинал.

Крис огляделась. Зал пустой, только где-то на том конце зала несколько мужчин и женщин в полном парадном обмундировании. Как раз в отдельной кабинке, что значит, ее поймали в ловушку.

Крис резко развернулась, пытаясь уйти, но врезалась в Джека.

— Ты не можешь уйти. Только не сейчас.

— Смотри внимательнее, — огрызнулась Крис, но Джек крепко держал ее за руку. Хватка была удивительно крепкой. Джек развернул ее и потянул вперед. Крис пыталась упираться, но все бесполезно.

— Привет, Крис, — сказал король Рэй.

— Здорово, лейтенант, — кивнул прадедушка Троубл. Сегодня он был в зеленом, наверное, присутствовал на чьих-то похоронах.

— Рада тебя видеть, — сказала Сэнди.

— Привет, — ровным голосом ответила Крис.

— Все настолько плохо? — выгнул бровь Рэй.

— Похоже на то, — сказал Джек, усаживая Крис рядом с прадедушкой Троублом и подвинул стул, чтобы сесть рядом и не дать Крис возможности сбежать. Король одет во фланелевую рубашку и брюки. Сэнди тоже не при параде из-за гипса на ноге. В майке, чтобы через рукав проходила загипсованная рука. Идеальное сочетание.

— Устраивала похороны? — спросил Троубл.

— Сегодня хоронили Томми. Был тот же священник, что присутствовал на свадьбе на той неделе. А на этой неделе устроил похороны.

Оба дедушки покачали головами и отхлебнули пива.

— Жаль, — сказал Троубл.

— Прекрасные похороны вышли, — сказал Джек.

— Для двадцатитрехлетних парней красивых похорон не бывает, — тихо сказал Рэй.

— Нет, сэр, — согласилась Крис.

— Космофлот, будете пить то же, что и эти ветхие развалины? — рядом появился старик в клетчатой рубашке и джинсах, с седым хвостом, опускающимся аж до толстого черного ремня из кожи.

— Содовую, — сказала Крис.

Старик удивленно поднял бровь, но заказ принял. Джек заказал пива.

— Дорогая, — сказал Троубл, — я думаю, что все это из-за тех таблеток, которыми тебя пичкала мама.

— И уж точно не из-за того брэнди, который я воровала из отцовского винного шкафчика или вина из маминых запасов. Извини, дедушка, но я не хочу очнуться через неделю и узнать, что пропила все похороны. — Крис посмотрела на Джека.

— Их еще много, — кивнул тот.

— Муж Чандры Сингх звонил мне сегодня, спрашивал, не нашли ли ее тело. У них там какие-то свои традиции. Я сказала ему, что мы до сих пор ищем обломки PF-105. И будем продолжать искать. — Крис покачала головой. — Понятия не имею, что происходит на орбите. Нас вытащили из обломков катера, перевезли в госпиталь. — Рука бессознательно потянулась к отслаивающемуся пластырю над правым глазом. — Я не знаю, что там происходит.

— Ты командир восьмой эскадрильи. Спроси, — сказала Сэнди.

— Нет, не я. Командир — коммодор Мандатти.

— «По праву крови, по праву титула, по праву имени я принимаю командование», — процитировал Джек. — Я был там.

— Да, когда я украла у него командование.

— Больше похоже на просьбу, а он только передал тебе эстафетную палочку, — сказала Сэнди. — С моей сердечной поддержкой.

Крис моргнула.

— Я не оставила другого выбора.

— Тот бардак, в котором мы оказались, выбора не оставил никому, — рыкнул Рэй, глядя в кружку с пивом. — Я был настолько занят, пытаясь быть беспристрастным с этим тупым троглодитом, сумевшем обыграть внука, что, в результате, изогнулся и чмокнул свою же задницу. — Он сожалеюще покачал головой. — Вчера Хонови заходил, долго со мной разговаривал. Нам придется поменять правила поведения в момент работы временного правительства. С таким умным мальчиком в семье, у нас, возможно, есть какая-то надежда.

Король отхлебнул пива, потом пристально посмотрел на Крис.

— Крис, когда люди, вроде меня, садятся в лужу, кидая таким, как ты, горячую картошку, когда таким, как ты, приходится сражаться вот так, у нас есть только два варианта. Мы можем день за днем грызть свое сердце. Или можем согласиться с тем, что сделали, потому что в тот момент ситуация выглядела хорошей идеей. Так и нужно было поступить, именно тогда. Ну а что касается меня и твоего старика, мы почти провалили всю игру. Но ты спасла наши шеи. Ты сплотила чертовски хороших людей, вы вместе взялись за почти невыполнимую работу. Лучшие побросали все дела и примчались на помощь. — Он замолчал, взгляд устремился мимо Крис куда-то вдаль. — Почему мы всегда теряем лучших?

Откашлялся Троубл. Рэй моргнул пару раз и продолжил:

— Вы сделали то, что нужно было сделать. Некоторые выжили, несмотря на все трудности. Некоторые нет. В этом нет ничего правильного и справедливого. Я слышал, у Томми было больше выбора, чем у большинства. Он выбрал жизнь для своей жены. — Дедушка поерзал на стуле. — И сейчас ты оказалась там, где все мы. Застряла среди выживших. Пока что. Завтра где-нибудь снова случится что-нибудь гадостное. Где-то всегда найдется какой-нибудь кризис. А ты можешь заползти в угол, загрызть сердце насмерть или заказать что-нибудь перекусить и остаться с нами в рядах живых.

— Такие обнадеживающие слова от прадедушки, — сказала Сэнди. — Разве не хочется после этого посмотреть, что будет дальше?

Троубл хлопнул Крис по спине.

— Что заказывать будешь?

Когда принесли напитки. Крис заказала гамбургер. Вместе с напитками бармен принес и видеопроигрыватель.

— Подумал, вы захотите узнать, что там происходит.

— Я, как бы, надеялся отдохнуть от всего этого, — сказал Рэй, но включил прибор. Реклама пива пропала, вместо нее появились новости.

— Так вот, с критической информацией, которую я передавала флагману Вардхейвена, плюс мой собственный анализ угрозы, — говорила на камеру Прелестная Дора, — наши силы начали атаку на неопознанные вражеские корабли.

Джек грязно выругался и гневно прорычал:

— Как же, передавала она. Она, черт побери, пряталась в гальюне катера неподалеку от парочки спасательных капсул. Не знаю, как она хотела воспользоваться сразу двумя, но держала обе в каждой руке.

— Я думала, вы далеко в стороне и вам ничего не угрожает, — сказала Крис.

— Да, но не говори об этом Прелестной Доре. И не рассказывай мне, что она видела драку. Она заперлась в гальюне. Оставалось только радоваться, что остальные делали работу, как надо.

Рэй переключил канал.

— Вот так и пишутся исторические учебники. Так что, Крис, бедняга Джек идет за тобой, может, чуть отставая, даже когда он тебе не нужен.

— Нам нужен был посредник, чтобы быть в курсе событий, пока мы находились за Милной. Пришлось позаимствовать катер. К сожалению, выбор пал на корабль Доры, а она настояла на своем. Разве Джек не заслуживает медали за все, что ему пришлось пережить? — хитро улыбнулась Крис, но, вспомнив, какую цену пришлось заплатить за медаль другим, почувствовала тошноту.

— Медаль за переживания и крест за заслуги, — кивнул дедушка Троубл. — Кроме того, нам нужно кое-что для демонстрации героического самообладания в боевых условиях. В конце концов, он так и не придушил репортершу. Как насчет утвердить Крест Рэя?

— Я тебе, — пригрозил Рэй кулаком своему другу.

— Подождите, — сказала Сэнди. — Вот Уинстон Спенсер, мой знакомый репортер. Давайте его послушаем.

На экране крупным планом стоял мужчина с гипсовой повязкой на левой руке.

— К тому моменту «Хэлси» приблизился к вражескому флагману на пять тысяч километров. Кораблю было больно, но он продолжил бороться, выпустил по нему десяток выстрелов из импульсной лазерной пушки. Капитану Сантьяго был нужен только один хороший выстрел, но, когда линкор, так же, как и эсминец, пытается увернуться от выстрелов, это не так просто.

Спенсер исчез, вместо него на экране появилось изображение шарахающихся из стороны в сторону крошечных кораблей, пробирающихся сквозь черное пространство.

— Я был на мостике, в самом сердце командного узла корабля, — голос репортера говорил так спокойно, непринужденно, — когда капитан решила рискнуть перестать маневрировать чтобы получить преимущество и выстрелить. Прежде, чем «Хэлси» смог вернуться к маневрам уклонения, корабль подбили и мы потеряли всю энергию, но я реконструировал все, что произошло дальше, полагаясь на другие источники после того, как нас, выживших, вытаскивали из обломков «Хэлси».

Сэнди поерзала на стуле, устраивая поудобнее гипсовые повязки и уставилась в пол.

— Мы знаем, что вражеский флагман сильно пострадал от атаки «Хэлси» и многих других кораблей. В тот момент по громкой связи выступила принцесса Крис Лонгнайф, исполняющая обязанности коммодора восьмой эскадрильи быстрых патрульных катеров, и предложила злоумышленникам сдаться.

Крис выпрямилась.

— Вот так и попадаешь в исторические учебники, котенок, — прошептал дедушка Троубл.

— Во время переговоров противник, судя по всему, отследил сигнал и, продолжая обсуждать капитуляцию, выстрелил по нашему флагману. Капитан PF-109, лейтенант Томми Лиен, напомню, именно на этом катере летела принцесса Крис, наблюдал за действиями противника. Пока он стрелял по линкору, рулевой, Мэри Финч пыталась увернуться. Тем временем старый эсминец «Кушинг» под командованием коммандера Манданти, отозванного из отставки, сумел дохромать до места боя и выстрелить всеми своими шестью лазерами. А может, только тремя. Я до сих пор пытаюсь выяснить, сколько их на самом деле сработало. Но сколько бы ни сработало, их оказалось достаточно. Флагман противника взорвался, хотя PF-109 был сильно поврежден. Лейтенант Лиен, рулевой Мэри Финч и несколько других членов экипажа PF-109 погибли, приложив все усилия, чтобы спасти Вардхейвен от этой гнусной атаки.

— Где мы находим таких людей? — спросила Крис, не обращаясь ни к кому.

— Мы не находим, — тихо сказал король Рэй. — Это они находят нас. Они появляются, когда нужны. Я не знаю, чем мы такое заслужили. — Он помолчал. — И помоги нам Господь, если перекроем тот колодец, из которого они появляются, когда мы так отчаянно в них нуждаемся.

Никто за столом не смог ничего к этому добавить.

— Откуда взялись эти корабли? — спросил ведущий.

— Этого теперь не узнать. Не осталось ни одного выжившего. Осмотр больших осколков показывает, что спасательные капсулы на этих кораблях оказались неисправны. Мы обнаружили в них тела, но пребывание в них не помогло ни единому члену экипажа. Вот что я тебе скажу, Тодд, как человек, проведший несколько часов в одном из таких, ожидая спасения. Спасательные капсулы весьма просты и удобны в эксплуатации, вот что я могу сказать.

— Космофлот жалуется, что у них в эксплуатации самые дешевые капсулы, — усмехнулся ведущий.

— Видимо, у кого-то нашлись дешевле. По крайней мере, так может показаться. Тем временем, Космофлот изучает обломки, пытаясь установить, чьей конструкции эти капсулы. Однако, как мне сказали, оптимизма в этом деле мало. На протяжении восьмидесяти лет в Человеческом Сообществе распространялись одинаковые стандарты. Продукция, изготовленная на одной планете, используется в продукции другой планеты и встраивается в корабли, строящиеся на третьих планетах. Кто бы ни построил корабли, вряд ли он хотел, чтобы его опознали, а мертвецы, как известно, не рассказывают сказок.

— Хм. Что ж, спасибо, что поделился своей историей и, как я понимаю, последним путешествием отличного эсминца «Хэлси».

— Я делю ее со многими хорошими мужчинами и женщинами. Лучшими, что у нас есть, Тодд. Надеюсь, мы их никогда не забудем и не забудем того, что с нами случилось.

— А теперь, когда до часа Икс осталось пять минут, — ведущий посмотрел в камеру, — я хотел бы проинформировать вас о результатах выборов.

— Вот только не надо про это, — поморщился Рэй и выключил прибор, на экране которого снова появилась реклама пива.

— О чем ты тут ворчишь? — донеслось за спиной Крис. — Похоже, мой отпуск грозится навернуться медным тазом, исходя из результатов выборов. — С этими словами генерал МакМоррисон, не так давно бывший председателем Генштаба, уселся рядом с Рэем.

Крис начала вытягиваться в струнку, что было затруднительно сделать, сидя за столом. Особенно когда еще бармен пытается поставить перед ней тарелку с гамбургером и картошкой фри, и еще одну перед Джеком.

— Расслабьтесь, коммодор, — сказал Мак.

— Извините за коммодора, — тихо сказала Крис.

— Не стоит, — отмахнулся Мак. — Кто-то должен был сплотить войска. Я не мог. Меня попросили уйти в отставку, а перед этим отправили в отпуск. Адмиралу Пеннипэкеру очень уж понравилось мое кресло. Я просто не знал, насколько все плохо. Он вышел с пенсии и наворотил таких дел, которые никто никогда раньше не наворачивал, — Мак покачал головой.

— Ну, раз ты собираешься на пенсию, — начал Троубл, — у меня есть куриное ранчо в предгорьях Северного хребта. Я туда почти не наведываюсь. Идеальное место, твоей жене точно понравится. Можешь спросить у Рут. Постоянно интересуется, когда мы отправимся туда.

— Не торопись избавляться от ранчо, — сказал король Рэй. — Случившийся бардак заставил меня думать, что нам нужны представители на каждой из планет, чтобы наблюдать за ними, потому что один я сделать этого не смогу. Может, ты лучше справишься. Не желаешь стать герцогом Троублом Вардхейвенским?

Троубл выругался, но Крис отметила, что он не отказался. Готов ли бедный дедушка Троубл позволить Лонгнайф втянуть его в очередную грязную работенку? Неужто дедушка Рэй так сильно нуждается в помощи?

— Не нравится мне становиться между вами, — покачал головой Мак, — старыми боевыми товарищами, но, Троубл, вряд ли мне светят в ближайшее время занятия пенсионными делами. Полчаса назад меня позвал к себе отец во этого молодого лейтенанта. Похоже, он уверен, что победит на выборах и уже готовится вернуться в Дом правительства. Хочет, чтобы я вернулся на старую работу в вооруженных силах Вардхейвена. Он хочет увеличить флот.

— И как фермеры реагируют на это? — поинтересовалась Крис.

— Коалиция фермерских хозяйств — один из сильных сторонников этого вопроса. Похоже, узнали, как такие дела делаются на Гринфилде. А там они не так чтобы хорошо делаются. То, что ты выращиваешь, продаешь государству по цене, установленной государством.

— А причем здесь политика Гринфилда в отношении фермерских хозяйств? — не поняла Сэнди.

— Ну, пока тот парень, которого вы слушали, заливает на тему официальной линии партии, мол, откуда пришли линкоры, мы не знаем, ходят упорные слухи, что во многих этих делах отчетливо виднеется рука Гринфилда.

— Мы ведь обнаружили лазерные установки фирмы «Вистлер энд Хардкастл»? — поинтересовался Рэй.

— Еще один кусочек оттуда.

— Отец намерен что-нибудь с этим делать? — спросила Крис.

Мак пожевал нижнюю губу.

— Ты и впрямь хочешь служить во флоте союза девяноста планет, воюющей с объединением восьмидесяти миров?

Крис отпила газировки. Мысль о долгой войне между двумя одинаково сильными и могущественными альянсами заставила ее вздрогнуть.

— Нет, черт побери, но я не хочу ничего не делать. Если мы ничего не сделаем, разве Петервальд не решат повторить попытку?

— Младшая права, — сказал Троубл.

— Еще как, — кивнул Мак.

— Я так понимаю, флот, угрожающий Бойнтону, покинул систему? — спросил король Рэй.

— Причем весьма поспешно, как только Крис прихлопнула наших противников, — кивнул Мак. — Бойнтон подал официальную заявку на вступление в наш Союз, Рэй. Причем очень быстро. Я так понимаю, вместе с ним то же самое собираются сделать еще шесть миров.

— А Крис подготовила к тому же Хикилу, — задумчиво сказал Рэй, тряхнув кружку с пивом и изучая пузырьки. — Еще три мира, ориентирующиеся на них, последуют за ними. Как только станет известно, что Генри Петервальд пытался захватить Вардхейвен и… сел в лужу… наверняка появятся еще несколько планет, желающих присоединиться к нам.

— Так что мы растем, — сказал Троубл. — Причем быстрее, чем Гринфилд. И, может, со временем, переманим к себе несколько их миров.

Сэнди левой рукой подняла кружку в салюте. Остальные ответили тем же.

— Это же, — нахмурилась Крис, — огромная территория, которую нужно защищать.

— Бойнтон, кстати, запросил спецификацию быстрых патрульных катеров, — сказал Мак. — Я намерен отправить их.

Крис, было, открыла рот, но Мак продолжил, подняв руку, заставляя Крис замолчать.

— Но мы меняем дизайн. Сделаем их их умного металла, оснастим модернизированными компьютерами, чтобы они могли сами себя чинить, когда получат вражеский удар.

— Если б только такие были у нас… — тихо произнесла Крис.

— Я только что прочитал отчет об утилизации PF-109, — перебил ее Мак. — Думаешь, я приперся сюда только чтобы потрепаться с этими старыми пердунами? Сударыня, у тебя есть этот новомодный компьютер, сумевший запечатать дыру в катере, чем спас жизнь трех человек на мостике и четырех в машинном отделении, чьи спасательные капсулы были повреждены в бою. Если б протянула секунд пять, анализируя, что произошло, начали бы дышать вакуумом. Ты приняла поспешное, но правильное решение. Что касается трех человек, погибших на мостике, они были мертвы до того, как вырубилось электричество, и раздавлены, когда катер согнуло пополам. Ты ничего не смогла бы сделать, чтобы спасти их. Можешь слышать, что я вам говорю, можешь послать меня подальше, но это ничего не изменит. — Мак покачал головой. — Даже если бы я не позволил уговорить себя проклятым конструкторам создать экспериментальную эскадрилью из этого полуумного металла. Даже если бы твой супер-пупер компьютер самолично, без приказа и сразу закрыл дыру, как только корабль получил удар, мы все равно потеряли бы пятерых отличных мужчин и женщин. — Голос Мака становился все тише и тише. — Вы были чертовски хороши, но этого оказалось мало, а вражеские линкоры — огромными и сильными подонками.

— Подонками с множеством пушек, — сказала Сэнди и положила руку на плечо Крис.

— Я не смогла спасти Томми, — сказала Крис и глаза наполнились слезами.

— Разве ты не заметила ничего? — спросил Мак.

— Что я должна была заметить?

— Капитанское место не пострадало вообще.

— Как так?

— Если бы Томми остался на своем месте, его бы даже не поцарапало.

— Боже, — из глаз Крис, все же, потекли слезы. — Если Пенни узнает…

Ее затрясло.

— Он умер, спасая ее, — прошептал дедушка Троубл, обняв Крис и удерживая ее, пока та плакала, впервые с тех пор, как покинула PF-109. Она отдалась рыданию, что исходило из глубины души и сотрясало до основания.

Сэнди снова положила руку ей на плечо. Джек тоже приобнял. Крис позволила разделить мучительное горе с друзьями, окутать все целиком и медленно смыть прочь.

Когда она немного успокоилась, Джек одолжил ей свой носовой платок. Крис выпрямилась, и заметила, как дедушка Троубл в упор смотрит на Рэя.

Легендарный человек выглядел очень старым, склонив голову, уткнув подбородок в грудь. Когда он заговорил, все замолкли и даже Крис перестала всхлипывать.

— Я сказал Рите, что нужно провести диверсию. Она убедила меня остаться с основными силами, а отвлечет противника она. И хорошо справилась. Очень хорошо, потому что этих ублюдков, Итич, было намного больше, чем мы могли себе представить.

Рэй вздрогнул, взял кружку с пивом и выдул сразу половину.

— А когда мы победили, оказалось, что ее оперативная группа просто исчезла. Исчезла.

— И он бы утонул в бочках с пивом, если бы я не вытащил его, — тихо сказал Троубл. — Рэй, сегодня мне придется вытаскивать тебя?

— Нет, не сегодня. Но кому-то придется провести некоторое время с Пенни, помочь ей осознать, на что она обречена всю оставшуюся жизнь.

— Я помогу ей, — пообещала Крис и, не успев сказать, поняла, почему Лонгнайф и Сантьяго так часто боролись плечом к плечу. Те, кто погибал, заключали договор с теми, кто оставался жив. Она думала о Пенни и в ее взгляде росло понимание. Шкипер эсминца кивнула и подняла кружку в знак приветствия нового знания.

Крис вздохнула. Дедушка Рэй прав. Она может съедать свое сердце по кусочку каждый день или вкладываться в жизнь каждый день, который приходится прожить. Это можно решить позже… или вот прямо сейчас, сэкономив много лишних движений. Потерять все или смириться с тем, что есть. Дать смерти Томми и всех погибших превратиться в черную дыру и затянуть туда ее. Или найти в себе силы, которые так нужны. Нужны Пенни. Нужны многим из них.

Ты Лонгнайф не только потому, что делаешь то, что от тебя требуется в тот или иной день. Нет, Лонгнайф делают то, что нужно делать и на следующий день, и на следующий день. Они продолжают делать шаг за шагом вперед, день за днем, за себя и для тех, кого ведут… пока привычка не превращается в цель.

Так что… если она хочет продолжать идти вперед, вести за собой других, ей нужно какое-то занятие. Что может сейчас делать давешняя мятежница, дезертир, да еще и освобожденный от командования младший офицер. Крис обнаружила, как на ее лице расползается улыбка.

— Генерал, мне кажется, что быстрые патрульные катера не потребуют большого экипажа и их можно построить очень быстро и дешево, и они будут способны, как утверждают на всяких ток-шоу, быстро погубить линкор.

— Особенно если кое-кто достаточно глуп, чтобы отправить их без поддержки эсминцев и крейсеров, — буркнула Сэнди. — Кучка политических сантехников.

— Вот только ток-шоу нам не нужно, — сказал Мак.

— Так вот, — продолжила Крис, — раз другие миры внезапно заразились желанием заиметь много патрульных катеров, думаю, им понадобится некоторое время, чтобы научиться ими пользоваться. Могу ошибаться, но если Вардхейвен предложит не только катера, но и, скажем, услугу в обучении от одного бывшего коммодора, принцессы Кристины Лонгнайф и членов ее знаменитой Восьмой эскадрильи, разве кто-нибудь откажется от такого предложения?

— А некоторые товарищи, не будем указывать пальцем, могут считаться намного опаснее, чем есть на самом деле, — Троубл злобно усмехнулся.

— Дым и зеркала, — вздохнул Рэй.

— Ложь, которой некоторые люди живут всю свою жизнь, — вздохнула Сэнди.

— Если кто-то достаточно глуп, чтобы позволить нам провернуть подобное, почему бы не поводить их за нос? — пожал плечами Мак. — К тому же, я все гадал, что же мне с тобой делать дальше. У меня нет работы, которую я мог бы тебе предложить, Крис. Своеобразно и даже как-то поэтично, когда приговоренная выбирает последний вальс.

— Если повезет, я избавлюсь от Вардхейвена и от вас буду подальше. И подальше от отца. Да и от короля Рэя. Если повезет, уберусь достаточно далеко, чтобы кое-кто забыл, что я когда-то маячила у них перед носом.

Сэнди покачала головой. Джек и Троубл тоже.

— Никаких шансов, — одновременно сказали они.

 

Конец третьей книги

Назад